О ситуации в России
  Главная страница

Зачем России Россия?
(Продолжение)

В средостении политики СОБИРАНИЯ РУССКОГО МИРА
или на задворках СНГ-дипломатии?..

 

Соотечественники в ближнем зарубежье – поле борьбы за восстановление русского народа

 

Основная прагматическая (отложим пока в сторону ценности и нравственность) необходимость самой серьезной подвижнической работы с нашими соотечественниками за рубежом состоит в понимании невероятно простого и тривиального факта. Если Российское государство в ближайшее время не окажет помощи русским общинам и тем самым не выведет отчаявшихся людей из ощетинившейся обороны и подполья, не поможет им расслабить натянутые шейные жилы, – на различных территориях СНГ возникнет национально-освободительное движение, в самых разнообразных формах, в том числе интифадно-кровавых и уголовных. Возникнув в странах СНГ, через иммиграционные процессы оно будет переброшено на территорию России и очень быстро опрокинет плутократическую демократию двойного стандарта: одного – для международных организаций, другого – для аборигенов. Проявится национально-освободительное движение в крайних, в том числе и фашистских, вариантах, прежде всего там, где русское национальное переживание наиболее глумливо подавляется и становится предметом издевок и изничтожения, – это Прибалтика, наиболее сильно Западная Украина (вспомним, что Шикльгрубер был из Австро-Венгрии) и, возможно, Казахстан. Можно говорить, что ростки подобного состояния у русских людей начинают проявляться как болезненная реакция отчаяния.

Таким образом, если новая российская власть не хочет в очень скором времени заниматься только этноконфессиональными разборками в самой России, а быть действительно технократическим “правительством экономических реформ и дела”, ей крайне необходимо сегодня, сейчас найти “ассенизатора и водовоза, поэзией мобилизованного и призванного” – поэзией русского дела – для разгребания авгиевых конюшен СНГ-политики, прежде всего в отношении русских, наших соотечественников.

Продолжим мифологическую метафору. Этот пятый подвиг Геракла вряд ли способен выполнить Борис Абрамович Березовский, уже имевший двойное гражданство (России и Израиля) и отказавшийся от него, поэтому неспособный понять русских людей в СНГ, которым двойное гражданство (СНГ-нацгосударств и России) по-прежнему необходимо как воздух. К тому же уместно вспомнить, что за пятый подвиг Геракл не должен был брать мзды – вновь подход, противоречащий этике всякого нормального коммерсанта. Готовность получения за очистку конюшен от их владельца Авгия оплаты привело к тому, что заказчик подвигов – Эврисфей не пожелал признать работу Геракла подвигом. Авгий в свою очередь отказался платить, узнав, что Геракл выполнял задания Эврисфея.

 

Изменение самосознания отчаявшихся русских людей за границами СНГ – прямой удар по преемственности президентской власти на будущих выборах. Преемственность власти будет обрушена, если будет показано, на каком море русских слезинок она выстраивается. С точки зрения информационной войны, элементарное включение в телевизионные программы “закерзовевших” людей (против забронзовевших людей из МИДа и других госструктур, занимающихся проблемами русских), которые в гробу видели членения на абстрактные отсутствующие коммунизмы и лукавые капитализмы и хотят одного – прав и свобод русскому населению любым путем, приведет к тому, что вся химерическая прозападно выстраиваемая конструкция рухнет в одночасье как слишком заумная химера. Нам представляется, что это будет основной способ слома на очередных президентских выборах манихейских черно-белых заготовок с попыткой опять расколоть общество противопоставлением пропрезидентских, но несколько оппозиционных, хотя и близких к правительству “домовых” и жеванно-бюрократических коммунистов. Не может быть народного (а не олигархического) капитализма с разделенным, разрезанным на части телом народа, как и социализма с человеческим лицом.

 

На поле Куликовом – поле борьбы за восстановление единства русского народа – непроглядная темень. Основной способ разрушения выстраивающихся полков, как всегда, нескоординированность действий и огонь по своим. Войска приведены под разными знаменами и желают двигаться в разных направлениях.

По-прежнему часть наших соотечественников ждет реализации идей пролетарского интернационализма и восстановления Союза. Хотя практически нет каких-либо сомнений в том, что сам по себе Союз не восстановится, нужны люди, которые были бы готовы лечь под танки вместе со своими семьями. Таких людей что-то пока не видно. Отсюда витиеватые мысли, изжеванные лозунги коммунистической кабинетной оппозиции, интересные только самой этой оппозиции, но не нашим соотечественникам за рубежом. По-прежнему аэтническими, анациональными и анародными остаются идеи рынка и демократии правительства и президента. Из этого следует, что выживет тот, кто будет увереннее играть по чужим западным правилам и быстрее индивидуализируется и сдаст соотечественников.

Горячим пирожком сегодня становится национал-патриотизм. Именно он пользуется большим успехом на рынке имиджмейкеров. Предметом постоянного перехвата и разыгрывания становятся жесткие националистические лозунги – от идей опереть русское богоизбранничество на безростовщический ислам до конкретных попыток начать строительство боевых националистических дружин, способных восстановить порядок в ответ на удавку национализма в странах СНГ. Сие целебное варево будет варганиться в походных кухнях и Жириновского и Лебедя. Именно этот “квас” обещает сдабривать желудки лжепатриотически настроенных избирателей. Но никто всерьез не занимается 25-миллионным отрядом русских людей – людей, признающих своим родным языком русский и желающих оставаться русскими во что бы то ни стало.

Таким образом, мы перед лицом огромной страшной проблемы – что мы будем делать с нашими соотечественниками за рубежом, которые не пожелали (не сумели) вернуться в Россию. Они считают себя русскими и отстаивают вне официальной России право на существование огромного русского мира, который много веков жил за рамками нынешних искусственных произвольных границ ускромнения России, возникших в результате краха коммунистической идеологии.

Нам представляется, что не совсем правы те, кто считают неправомерным по отношению к русским, проживающим в ближнем зарубежье (государствах СНГ), термин “диаспора”. С их точки зрения, русские не рассеивались по миру, от них “ушло”, как океан во время отлива, мягко журча, государство, а они остались. Но это не так. У русских не было разрушения Второго храма, построенного Иродом Строителем, но у них был Ипатьевский подвал, за которым стоит если не грех цареубийства, то уж точно потакание и допущение цареубийства и убийства Царской Семьи. Поэтому “мягкое” утекание государства и пробужденный топот нашествия иноверцев и иноплеменников имеют вполне определенное с точки зрения сакральной и Священной истории объяснение. Русские сейчас отлучены и “отсеяны” (а поэтому и рассеяны) от собственной исторической политэтнической многоконфессиональной государственности и истории, которую они обречены восстанавливать, если хотят выжить и идентифицировать себя как русских. Русские забыли формулу-заклинание, которую им предстоит вспомнить, если они хотят остаться в живых. Эта формула прообраза исторической государственности отшиблена грехом цареубийства, а сверху примурована антропологией краткого курса ВКП(б), а теперь еще и странной массовкой Немцова-Аксючица. Но представители русских общин в странах СНГ оказались на передовой борьбы за восстановление русского самосознания, и оно пробуждается у них наиболее быстро и явно.

Эта формула связана с востановлением Русского Мира – PAX RUSSICA, способного впитать, включить в себя много разных этносов и групп, но не с самоограничительным формованием из себя на основе чистоты крови и генеалогических рядов нации.

Ежедневно мы встречаем в прессе упоминания о мире ислама, азиатском мире, первом мире, третьем мире, наконец об американском мире – Pax Americana. Есть лингвафранка и иные миры. Возникают множественные миры: боснийцы, чеченцы и другие национальные государства.

Возможен ли русский мир? По аналогии с лингвафранка мир русскозвучия? По меткому выражению замечательного культуролога и методолога Олега Генисаретского, для формирования и структурации русского мира русская община-диаспора должна быть заново вписана и включена во всевозможные социальные, культуральные, политические миры.

Возможен ли русский мир в нехимерической национальной форме?

На эти вопросы предстоит ответить тем, кто возьмет ответственность за жизнь соотечественников в ближнем, а затем и дальнем зарубежье.

 

 

Пять позиций и четыре сценария

 

Смятое и отутюженное самосознание русских в России отчетливо проявляется в кажущемся единстве позиций по поводу русской диаспоры. Все сочувствуют, все кивают головами, но за реальным употреблением термина “русские в СНГ” стоит как минимум пять альтернативных и принципиально не сводимых друг к другу позиций:

                    Позиция за восстановление СССР или Российской империи.

                    Позиция за противопоставление титульному национализму в республиках СНГ русского национализма (этнократии – этнократию).

                    Позиция за вывоз всех русских в Россию (так называемый “нулевой вариант”).

                    Позиция за спокойное отношение к ассимиляции и растворению, “перевариванию” русских, за превращение русской диаспоры в материал построения нового мирового порядка.

                    Позиция за активное прорастание русской субъектности на пространстве новых государственностей республик СНГ.

Невыявленное многообразие позиций вносит сумятицу в головы российского населения и русской диаспоры, а отсутствие ясного отношения российских властей к каждой из позиций и четкого заявления и проведения своей позиции по отношению к каждому острову или островку русских в ближнем зарубежье приводит к бессмысленной злобе и дезориентации русских, к немому удивлению народов и правительств других государств: надо же, русских бьют, вытесняют, давят, травят, а чиновники СНГ-интернационала продолжают целоваться взасос.

И дело не в том, что всем в России и в СНГ следует договориться о единстве позиций, – это просто невозможно. Дело в том, чтобы ввести норму однозначного и жесткого позиционного определения всех субъектов СНГ-политики к проблеме развития русской диаспоры и начать диалог и согласование действий всех реально определившихся.

Если нам удастся преодолеть видимость консенсуса и выстроить поле позиций, то тогда окажутся очевидными возможные сценарии реализации фактора “русской диаспоры”.

Во-первых, сценарий тотальной и глобальной войны русских против всех.

Во-вторых, сценарий собирания и закрытия границ, возврат к своеобразному железному занавесу и наведению русского порядка внутри России.

В-третьих, сценарий окончательного рассеивания и ассимиляции русских.

В-четвертых, сценарий выстраивания сетевой жизнеспособной и сильной диаспоры с тесными связями с сильными русскими центрами внутри России.

Нетрудно увидеть, что каждый из этих сценариев работы с русскими вне сегодняшних границ России оборачивается тем или другим сценарием развития дел в самой России. Так, очевидно, что первый и второй СНГ-сценарии связаны со сценариями развертывания фашизма и автократизма внутри России. Третий сценарий – это сценарий Збигнева Бжезинского – развала России на набор карликовых сателлитных государств. И, наконец, четвертый сценарий – это сценарий во внутриполитическом пространстве – российский традиционализм и народно-государственническая идея.

Только традиционалистам нужно собирание русского мира, поскольку их главный потенциал и ресурс – тысячелетняя русская история.

Российское общество сегодня уже близко к тому, чтобы созреть для ответственного обсуждения разных сценариев и принятия решения о наиболее предпочтительном для него направлении развития. Важно только не позволить любителям ловить рыбку в мутной воде СНГизации в очередной раз замазать реальную возможность альтернативных сценариев и множественности позиций.

 

 

Этнократизм государств СНГ и стыдливая российская демократия интернационального предпринимательства

 

Весь ужас сегодняшней СНГ-политики состоит в том, что представители основной массы СНГ-государств (за исключением, пожалуй, Белоруссии и Армении) очень четко понимают, что они в оппозиции к России, а Россия делает вид, что она не понимает и не видит в упор стратегий и способов действий бывших союзных республик, а ныне самостоятельных государств. СНГ-государства последовательно и весьма старательно строят моноэтнократические государства. Этнократическое государство как цель и идеал – вот результат усвоения этнонациональными элитами уроков мудрых заокеанских педагогов с их идеей nation state. Форма построения этих государств такова, что все иноэтнические общности должны быть потихоньку вытеснены и раздавлены титульной нацией данного государства. Должно это быть проделано по возможности без криков и раздражения международного общественного мнения. Это как бы естественно происходящее вытеснение, как бы сама собой происходящая победа в конкурентной борьбе, где титульная нация одновременно и спортсмен, участвующий в забеге, и судья, следящий за соблюдением правил титульной нации другими иноэтническими участниками состязания, и федерация данного вида спорта, меняющая правила по ходу дела. Россия же, стремящаяся построить чистый рынок и настоящий капитализм международного образца, как бы старается не замечать столь прозаической и грубой материи, как интересы ее соотечественников. Российская дипломатическая бюрократия очень быстро находит язык с этнократической бюрократией и начинает играть с ней по единым правилам, иногда помогает выполнять даже функцию соответствующих молодых и пока неопытных национальных комитетов безопасности. И правила, по которым играют наши СНГ-дипломаты, хорошо понятны. Дипломатический чиновник в системе СНГ – это не патриот, стремящийся средствами дипломатии решить проблему разодранного в клочья русского народа. Это – хорошо вышколенный международный чинуша, желающий получить причитающиеся ему блага на международном поприще. Пусть сфера СНГ – захолустье, но если относиться к ней как к настоящей загранице и синекуре, построить отношения с представителями государства – а ведь это самое главное, – жизнь наладится. Если же взвалить на себя проблемы разделенного русского народа и постоянно отстаивать права соотечественников, невольно придется ссориться с местным руководством суверенного государства. Вместо того, чтобы быть координаторами культурно-исторической и гуманитарной работы с русской диаспорой, российские посольства либо вялы и равнодушны, либо просто враждебны. Возникает ощущение, что следующим за Борисом Николаевичем медаль Горчакова получит Пастухов за выдающиеся достижения в области работы с соотечественниками.

В соответствии с нашими размышлениями еще раз подчеркнем, что уничтожение Министерства по делам СНГ, это в ближней перспективе – обрекание наших соотечественников на вялотекущие формы прозябания, в отдаленной перспективе – отсроченное взращивание русского фашизма, твердых форм русского национализма.

Но, может быть, не стоит спешить с оценками? Сегодня у МИДа появляется уникальная возможность полностью проявить себя на важнейшем направлении – СНГ. Именно здесь МИД имеет силы показать в деле российскую внешнеполитическую стратегию. Если он не справится здесь, то как он сможет влиять на мировые дела? Именно в СНГ нужно направлять не посредственных и несостоявшихся дипломатических работников, а лучшие внешнеполитические кадры и силы.

Статус России в мировом сообществе определяется самочувствием русской диаспоры в ближнем зарубежье. Тотальное вытеснение русских из республик бывшего СССР – это результат геополитических усилий ведущих стран мира. Именно здесь, на ближайших защитных тыловых подходах к границам Российской Федерации, взвешивается и определяется мера рыхлости или твердости тела России.

В результате столкновения геополитических усилий на русских вне России образуется своего рода биржа, где “деньги” – знаки весомости, силы и престижа России и русских в мире – это отношение к нашим соотечественникам со стороны новых государственных образований СНГ.

 

 

Русские в СНГ – это националы, соотечественники или большой разделенный народ?

 

При постановке проблемы возникает огромное число развилок и нерешенных вопросов. В этой ситуации необходимо строить многоканальные и разнонаправленные стратегии, в том числе разрабатывая одновременно несколько имиджей русских общин, подбирая под них разные юридические статусы.

Основная проблема, которую необходимо решить русским общинам, – определиться в стратегии правовых оформлений своего статуса в государствах СНГ. С одной стороны, необходимо добиваться международного статуса разделенного народа, сохраняя плацдармы своего присутствия на всех территориях своего исторического проживания, настаивая на необходимости соединения групп народа в единое целое и последовательно двигаясь от официальной регистрации общин и национальных объединений к культурно-национальным территориальным и экстерриториальным автономиям. С другой стороны, в силу жесточайшего этновыдавливания и большого временного периода борьбы за сохранение русского присутствия, который еще только предстоит, следует готовиться к многодесятилетней защите своего существования в различных формах, в том числе и на основе статуса национального меньшинства со всеми полагающимися национальному меньшинству международными правами в области культуры, образования, соцобеспечения.

В России официально должен быть признан статус соотечественника для лиц, проживающих за границами своего национально-государственного образования, над чем сейчас работает Государственная Дума.

Русские сегодня крайне разобщены и слабы, но слабые русские никому не нужны и являются источником бед прежде всего для самих себя. Русскость определяется способностью жить и обустраивать жизнь в конкретном месте, развертывать русский мобилизационный потенциал. Нередки случаи, когда русские приезжают в Россию, все ужасы и кошмары, которые они пережили, остаются позади, но и здесь они не могут обустроиться и опять начинают жаловаться и требовать сочувствия. Русские в диаспоре сегодня на несколько порядков определеннее и жизнеспособнее русских внутри России. Если русский не способен жить в диаспоре, то, как правило, он не сумеет наладить жизнь и в России.

Русские, как представляется, не смогут стать сильными через насилие. Не в силе правда, но в правде сила. Русская правда, вероятно, прежде всего в культурно-образовательной экспансии, практичности, организационной и профессиональной эффективности.

Кем желают быть наши диаспоры? Своего рода палестинцами, которых выселяют и вводят в интифаду, или же сингапурцами, которых умные малайцы “отрезали” от себя, отделили, чтобы не погибнуть под катком чрезвычайной экономической эффективности китайской диаспоры – хуацяо?

 

Важнейшим механизмом русской экспансии должно стать проектирование профессиональных ниш для их приоритетного освоения русскими, а также выстраивание этнобалансов между русскими и представителями титульной нации в конкретной культурной и хозяйственной жизни. Русские имеют все возможности сосредоточиться на освоении ниш программиста, инженера, врача, учителя, журналиста, предпринимателя. Более того, именно высокопрофессиональная прослойка русских могла бы задавать образец для формирования современного среднего класса. Вне конкуренции мог бы быть универсальный русский учитель, знающий три языка и обеспечивающий через школы развития эффективное образование.

Сила, призвание и дело русских могли бы состоять в том, чтобы средствами русской культуры и языка ассимилировать и присваивать многообразие местных национальных культурно-исторических пространств, предлагать титульным нациям новые культурные пространства и приглашать их к сотрудничеству.

России еще только предстоит создать свою многоголосую разносубъектную диаспору, ориентированную на интересы России, но имеющую свое видение и свою форму участия в каждом локальном месте проживания. Голос диаспоры должен не совпадать с голосом Российской Федерации. В этом случае официальные государственные структуры России, когда они повернутся наконец лицом к соотечественнику, смогут помогать русским и русскоязычным за рубежом наиболее эффективно. Соотечественников никто не сможет обозвать пятой колонной России – у них будет свое лицо и свой голос. Для решения этого вопроса группам соотечественников необходимо определять модель развития собственной общности и форму политического участия в жизни национального государства, ниши разделения труда, которые обязательно должны быть ими заняты.

Общих рецептов быть не может, нужны системно-типологические модели самоопределения и существования каждого из сообществ. Но ясно одно – большая историческая мощность русской культуры как протогосударственного и протоцивилизационного фундамента жизни на всем пространстве СНГ по сравнению с агрессивными неоэтнократическими образованиями и искусственно планируемыми результатами произвольного этногенеза позволяет средствами русской культуры и языка ассимилировать и присваивать многообразие местных национальных культурно-исторических пространств. Для этого русскими через систему образования должно быть осознано, что русский язык и русская культура на пространствах СНГ остается метаязыком и метакультурой, которые являются эффективными инструментальными средствами понимания и проектирования форм развития жизни на данной территории.

 

 

Русский горизонтальный федеративизм

 

Ватное равнодушие Правительства России к соотечественникам вынудило и вынуждает русскую диаспору конструировать механизм народной дипломатии и организацию конкретных связей. Как правило, проводниками и организаторами межрегиональных и межрайонных связей оказываются уехавшие из ближнего зарубежья русские. Именно они становятся центром формирования русских землячеств и низовых, горизонтальных союзов.

Посольства России в странах СНГ нередко превращаются в отделы местных служб безопасности, ничтоже сумняшеся стараются угодить и задобрить местные этнократии, а те, кому пришлось покинуть страны СНГ и вернуться в Россию, без средств и поддержки организуют представительства русских диаспор здесь, в России, наводят мосты и строят нефиктивные связи, создают ассоциации по переселению, обустройству и защите прав русских, представляют русских и берут на себя ответственность за русских, в отличие от федеральных служб.

Здесь следует напомнить, что Западная Германия только потому смогла присоединить свои восточные земли, что на них крайне активно действовали разного рода союзы, объединения, землячества, а также их партнеры-ферейны в западных землях. Объявления на немецких “банхофах”: “Поезда до Кенигсберга временно не ходят” – вот реальная решимость немецкого народа любой ценой воссоединиться на тех землях, которые они считают исконными. Именно эта система позволила активизировать политические процессы и направить их на объединение Германии.

Массовая низовая работа уже сегодня дает значительные результаты и неожиданно открыла принципиально новый для русских механизм самоорганизации. Прочная связность возникает через осознание русскими в России и русскими в СНГ того фундаментального факта, что процесс собирания русского мира не может быть ведомственным и чиновным, что русским делом в России должны заниматься в первую очередь губернаторы, районные администрации и конкретные предприниматели.

И когда наши официальные лица приезжают в страны СНГ и забывают встречаться с местными русскими общинами, то надо понимать, что это характеризует абсолютную беспочвенность и оторванность официоза, того официоза, которому так сладко задарма было приватизировать общенародное достояние и так удобно не думать о 25 миллионах русских.

Административно-ведомственные механизмы показали свою полную неспособность действовать в новой ситуации и в условиях необходимости самостоятельной постановки целей и принятия решений. Разрушительными окажутся коммерческие механизмы, поскольку сохранение русских ныне с позиции выгоды и гешефта является абсолютно нерентабельным и затратным.

Сегодня возникают новые механизмы. Два года назад был создан Институт диаспоры и интеграции. Благодаря его работе впервые стала анализироваться реальная ситуация русских общин на местах и создаваться настрой на низовую интеграцию как начало долгой и нелегкой работы по собиранию русского мира. Возникают ассоциации и землячества, идет речь о создании клуба или совета губернаторов “Губернаторы России – соотечественникам в СНГ”.

Можно выделить тип гуманитарной помощи, который должен быть оказан русским соотечественникам за рубежом. Очень странно, что этот очевидный тип гуманитарной помощи так и не был оказан Министерством СНГ. Скорее всего этот тип гуманитарной помощи будет выделен не центральными российскими государственными структурами, а клубом патриотически, прорусски настроенных губернаторов.

 

К механизмам работы с русской диаспорой относятся и такие проекты:

1.Создание виртуального университета: телекоммуникационная сеть русских общин – виртуальный Пушкинский университет под девизом: школы и вузы Москвы и России опережающее образование общинам соотечественников.

Виртуальный университет должен обеспечить реализацию нескольких проектов:

1) учителя совместно с учеными России пишут учебники;

2) русский соотечественник в сокровищнице цифровой библиотеки;

3) опережающее трехязычное педагогическое высшее образование: каждый педагог-соотечественник в СНГ в совершенстве владеет тремя языками – английским, русским и национальным языком данного государства СНГ;

4) два-три направления высшего образования с международной сертификацией, позволяющих осваивать новые формирующиеся престижные ниши труда – типа financial management.

2. Организация кампании “Перепись русских в СНГ и мире”, создание именных электронных сертификатов на каждого русского человека. Закрепление общин различных стран СНГ за шефами – регионами России. Оказание братской помощи соотечественникам в СНГ российской глубинкой.

3. Разработка заказа на книгоиздательство учебной и художественной литературы для общин СНГ.

4. Проектирование и создание для общин СНГ модели пушкинских школ развития как культурно-созидательная акция.

5. Построение телекоммуникационных российских маркетинговых центров в государствах СНГ и подключение к их обслуживанию русских общин.

6. Создание междиаспоральной телепередачи, а в перспективе телеканала.

 

 

Сетевой проект организации русской диаспоры

(русская диаспора как форма этнонационального самоопределения)

 

Нам представляется, что при осмыслении проблем русской и других диаспор во всех странах особенно полезно обсуждать прежде всего, что происходит с русской диаспорой в СНГ, поскольку здесь, на наш взгляд, наиболее реальны переносы результатов пробуждающегося самосознания русских этнонациональных общностей на территорию России.

Русские вынуждены осуществить виртуальный исход от сломанного и исчезнувшего государства и проделать сложнейшую работу по восстановлению своей идентичности вне исходно существующего как заданного государственного поля и затем, проделав это движение, вернуться к проблемам протогосударственности.

Несколько тезисов о том, что проблемы русской диаспоры имеют прямое отношение к этнонациональному и государственному развитию внутри самой России:

1. В сегодняшних условиях насильственно прерванного технократического развития российско-советской цивилизации, за которым угадывается также прерванный рост другой органики – органики царской империи, возникает сложнейшая проблема обретения локальными общностями субъектности. Именно данные общности должны стать агентами социокультурного и хозяйственно-экономического действия. Осознание того, что возрождение российской цивилизации/мира связано с восстановлением сетевых общностных структур, является с этой точки зрения фундаментальным положением. Но для этого общности должны обрести свой лик, и здесь особенно значима роль русских диаспор.

2. Восстановление общностей-агентов социокультурных акций, как самоинициативное действие, осуществляется не в пустоте, но в структуре того мира, в котором исторически оказалась пророщена данная этническая или этнорелигиозная общность. Резкое “всплывание” общности на поверхность как самостоятельного и автономного субъекта с его собственным Ego предполагает деструкцию/деконструкцию мира, в котором она существовала, например, мира России, и выход не в свободное поле самоопределений и духовных проявлений, но в другой, иногда более агрессивный по сравнению с предыдущим мир. Так, выход из мира России для многих общностей коренных малочисленных народов предполагает вхождение в аморфные филиалы-отстойники Pax Americana или Pax Anglo-Saxonica. Поэтому особенно важной становится работа по опознаванию социокультурного и экологического ландшафта, в котором осуществляет продвижение общность-агент. И здесь опять тот опыт, который приобретает русская диаспора за рубежом, становится очень важен для построения нормальной полиэтнической, полинациональной жизни в самой России.

3. Появление же в качестве позиции и действующего лица этноконфессиональных общностей по-новому начинает высвечивать проблему государственности. Государство перестает выступать в качестве обезличенного, отчужденного бюрократического аппарата, а начинает рассматриваться как форум общностей, определяющих систему целей и средств, обеспечивающих решение общностями освоения-строительства жизни на территории.

 

 

Сетевая организация русской диаспоры

 

Может быть, наиболее важной и принципиальной задачей в настоящий момент является разработка и создание проекта сетевой организации русской диаспоры. Но речь не идет о формировании сети диаспоральных официальных учреждений. Это приведет к преждевременной бюрократической саркомизации еще не сложившегося организма русской диаспоры. Под сетью понимается культурно-информационное культурсоциопроектное объединение нескольких диаспоральных очагов русских общин. Сеть должна стать кровеносной системой, по которой будут циркулировать различные жизнестроительные для русского диаспорального мира вещества. Что предполагает реализация данной сетевой идеологии?

Наличие сетевого проекта означает, что мы имеем дело с множественной субъектностью. Ни один из членов сети, ни один диаспоральный очаг не являются простым функциональным местом, реализующим задачи, поставленные за него или вместо него внешним административным начальником. Подобный шаг означал бы замену горизонтального сетевого проекта вертикально-пирамидальным. Обычная государственно-бюрократическая пирамида для формирующихся сетевых общностей не работает, не действует.

Существует субстратно-субстанциональный технологический фактор, обеспечивающий конституирование диаспоральной сети, – это как минимум информационная телекоммуникационная инфраструктура, обеспечивающая циркуляцию определенного типа информации по сети, это мультипозиционный диаспоральный университет, который обеспечивает непрерывное образование членов сети на протяжении всей их жизни, в том числе мобильную перепрофессионализацию. Было бы очень интересно попробовать на основе диаспоральной сети русских осуществить силами всей интеллигенции России подобный проект: несколько циклов успешной перепрофессионализации на протяжении жизни.

Должен, на наш взгляд, существовать своеобразный банк хозяйственно-экономических и социокультурных проектов, который могут разрабатывать и конкретизировать проектировочные штабы сети, обсуждая и намечая наиболее перспективные тенденции хозяйственно-экономического развития профессиональных ниш русских.

Форма циркуляции информации по сети должна строиться так, будто капилляры сети абсолютно прозрачны и любой представитель другой национальности, другой культуры может вступать в контакт, в дискуссии и взаимодействие. Это очень важно по многим соображениям. Во-первых, русская диаспора может себя конституировать, только если станет очевидно, что ее представители не собираются осуществлять государственные перевороты в странах пребывания и не собираются превращаться в пятую колонну – проводника агрессивной российской политики. Во-вторых, “прозрачность” требует достаточно высокого уровня диалога и оппонирования, обеспечивающего превращение представителей русских групп в лидеров и элиту данной страны для реализации и осуществления большого числа принципиально новых проектов.

Сетевой проект предполагает создание множества ассоциаций и агломераций небольших общин, являющихся субъектами самоуправления и самоорганизации развития хозяйственно-экономической самодеятельности. Это означает, что данные общины являются не только агентами коммуникации и бесконечных идеологических заявлений, циркулирующих по телекоммуникативным каналам внутри сетевого проекта, но осуществляют целевые действия, разрабатывают и реализуют программы. И в этом нам видится основная принципиальная трудность построения и реализации сетевого проекта.

Для того, чтобы общности обнаруживались как действующие агенты в рамках общих для сети и самостоятельных автономных проектов, они, во-первых, должны осуществить самоопределение. С этой точки зрения субъектами возможной диаспоральной сети “Русский мир” являются этноконфессиональные общности, выработавшие собственное понимание и определение русскости и по этнической оси и по оси конфессиональной. Субъектность этноконфессиональной общности состоит в том, что она может существовать столетия, не “прислоняясь” к структуре государства. Формирование мира для нее, отсчет мира начинается не с государственности, а с нее самой – с ее целей, традиций и проектов. Это не означает, что общность не вступает в отношения с государством. Будучи разотождествлена с ним, она это делает как автономный вменяемый агент, выстраивая отношения и с государством проживания и с Россией. Но по отношению к подобным образом определившейся общности невозможно строить утверждение, что ее действия в данной стране являются производной от внешней (к сожалению, часто безумной) государственной политики России. Ее действия полностью автономны, имеют другой масштаб и другие цели. И нам представляется, что доведение различных этноконфессиональных общностей внутри сетевого проекта “Русский мир” до принципиального самоопределения является первым очень важным этапом работы. Предъявление друг другу образцов подобного самоопределения и критика неверных, ложных типов самоопределения могут стимулировать занятие общностями определенных и точных позиций.

Второй этап, впрочем неразрывно связанный с первым, предполагает выдвижение целей собственного действия и разработку проектов хозяйственно-экономической и административной деятельности самоуправления в условиях проживания в данной конкретной стране в соответствии с ее обычаями, культурными традициями, государственными законами и экономической ситуацией. Экспертиза подобных проектов, их конкретизация, помощь в доразработке могут стать очень важным содержанием работ в диаспоральной сети “Русский мир”.

Наконец, третий этап заключается в построении стратегии взаимодействий русских этноконфессиональных общностей с другими общностями страны проживания по линии конфессионального диалога и достижения этнического взаимопонимания. Наличие четких укорененных традиций в истории, культуре и религии, и также простроенного проекта хозяйственно-экономической деятельности может в очень сильной мере способствовать общественному признанию позиции русской общности в данной стране со стороны других общностей. Подобное признание задает возможность разделить проблемы взаимодействия русской общности с бюрократической этнократией страны проживания и народом (другими этноконфессиональными общностями) и затем решить их по частям.

Очень важно понимать, что основное богатство русской зарубежной диаспоры – это люди. Необходимо добиться того, чтобы представители русской диаспоры были признаны элитой страны проживания, и над этим надо специально работать всем членам сетевого проекта “Русский мир”. Достижение подобной цели предполагает очень четкое определение культурного уровня, который должны занять лидеры русской диаспоры (свободное знание трех языков: русского, страны проживания и английского; сертифицированные дипломы международного образца, признанные в стране проживания и в России), выявление ключевых для страны проживания профессиональных полей, которые должны быть освоены лидерами диаспорами (управление финансами, международное право, руководство научно-конструкторскими и научно-проектными разработками и т.д.), а также реальные практические умения, связанные со способностью управлять и принимать решения.

Людям, проживающим в России, следует хорошо понимать, что методология строительства сетевого диаспорального проекта “Русский мир” имеет огромное значение для решения проблем внутри России. Она позволяет по-другому провести границы организации пространства. Многочисленные группы самоуправления, “Земское движение” точно так же нуждаются в более четком самоопределении общин и общностей, являющихся агентами действия в рамках локальных региональных программ. Поэтому перенос накопленного опыта в Россию и демонстрация способов действия диаспоральных общностей в виде образцов являются значимой альтернативой зоологической национализации и как следствие фашизации русских в условиях мирового краха либерального проекта “Послекоммунизм”.

Наконец, еще одним типом полагания агента действия является выделение прорывных научно-промышленных объединений и организаций, способных осуществлять перевооружение российского производства, создавать новые пакеты технологий и проектировать принципиально новые продукты потребления. На основе подобного проектирования возможно формирование потребностей населения, независимых и свободных от экспансии западных продуктов. Выделение агента научно-промышленного прорыва позволяет выходить в пространство технологического развития и обнаружить в нем союзников и соучастников. Например, выделенный агент действия может совместно с Малайзией спроектировать для этой страны новую структуру Академии наук для разработки принципиально новых технологий, реализовать любые инфраструктурные проекты по заказу Китая и Индии.

 

Следующая глава

Предыдущая глава

Вернуться в оглавление

Главная страница