О ситуации в России
  Главная страница

Сергей Кара-Мурза

 Сергей Кара-Мурза

  

 Оппозиция и государственность

  

 Конфликт вокруг НТВ разворошил присыпанные политической шелухой главные вопросы, о которые споткнулось наше сознание в годы перестройки. Сегодня, после опыта десяти лет, от которого никак не отвернуться, эти вопросы стали жестче и неотвратимее. Опять каждого из нас, кто причисляет себя к интеллигенции, точит какой-то червь, спрашивает: «Чего же ты все-таки хочешь? В чем ты видишь правду?».

 Десять лет назад закончилось первое действие народной трагедии. Искры ненависти к советскому государству, которые разбрасывали и раздували «шестидесятники», наконец-то разгорелись. Когда сверху, со Старой площади, на них плеснули керосином, это государство сгорело, оставив на пепелище почти 300 миллионов граждан «бывшего СССР».

 Замечательна совесть образованного человека, покрыта она непробиваемой броней интеллекта. И то, видно, глухо обеспокоили ее стоны из Ферганы и Карабаха, Грозного и Бендер. Забеспокоился об алиби Лев Аннинский: «Что делать интеллигенции? Не она разожгла костер - она лишь «сформулировала», дала поджигателям язык, нашла слова». Кто это говорит? Литератор. Человек, который прекрасно знает: « Словом разрушали города ».

 Давайте же вглядимся в зеркало этой краткой, но страшной истории. Какие чувства, какие идеалы двигали теми, кто «дал поджигателям язык»? Каковы их отношения с поджигателями сегодня? Чего ждать от них жителям Ферганы и Бендер, Воркуты и Тулы завтра? Можно стряхнуть с этого зеркала пыль злободневности, будут лучше видны и глаза, и морщины. Возьмите сегодня подшивки газет за 1990-1991 годы. Тексты сохранились, и авторы их живы. Пусть вспомнят слова, которые они нашли для поджигателей. Какой отклик находят эти слова в их сердце сегодня?

 Тот яд, который капали в умы своих читателей, зрителей, учеников наши антисоветские интеллигенты начиная с «оттепели», был замешан на ненависти к государству. Люди простодушно извиняли это тем, что речь идет о ненависти к советскому государству, к «империи Зла». Наш читатель доверчив, и ему казались невыносимыми обиды, нанесенные этим государством интеллигенции. А сама обиженная элита в пафосе разрушения не замечала тяжелых аномалий, которые все сильнее проступали через лихорадочные лозунги.

 Ведь очень быстро проскочили идеологическую компоненту государственности, и злоба выплеснулась на символы и опоры нашей государственности вообще. От Зои Космодемьянской до Александра Невского. Антиэтатизм в чистом виде, какого и мрачный Ортега и Гассет не мог предвидеть в «Восстании масс». Можно понять корыстный энтузиазм приватизации, но ведь выше нее была поставлена цель разгосударствления - всего и вся. От армии до детских садов! Это был уже не комплекс Герострата, поджигающего храм - требовали всесожжения, уничтожения всего жизнеустройства множества народов. «Иного не дано!» - вдумайтесь в тоталитаризм этого клича. Но ведь и «иного» людям не дали. Оказывается, о нем и не думали, желали только сжечь корабли, «создать необратимость». Какая мертвящая идея...

 Быстро оказалось, что и тоталитаризм этого либерального антигосударственного соблазна оказался ведущим в никуда. В нем не было творчества, одно лишь отрицание. Одни и те же люди, сами того не замечая, проклинали тоталитаризм горбачевского СССР и славили Пиночета криками «Даешь стадион!». Под знаменем демократии и свободы слова интеллигенция слепила культурные основания режима Ельцина, который передал всю машину СМИ кучке теневых заправил. Они установили такую тупую и агрессивную цензуру, какой Россия не видала никогда в своей истории. Парламент расстреливался под аплодисменты людей, провозгласивших себя совестью интеллигенции.

 Тем и близок был им этот больной режим, что он и зародился, и взрос как разрушитель государственности. Как химера, пожирающая самое себя. Вспомните все его шаги, которым вы так аплодировали. Ведь эти шаги принесли десяткам миллионов людей страдания, несовместимые с жизнью. Из-за них народ встал на путь умирания. Что будет со страной, если элита не переломит инерцию разрушительной мысли, слова и дела!

 В России еще не созрело гражданское общество. Подданный еще не стал свободным индивидом, умело орудующим номинально данной ему частицей власти. Воздействие интеллигенции на умы, идущее на молекулярном уровне, еще тоталитарно. От нее зависит, куда повернет сегодня рядовой гражданин, трудно добывающий свой хлеб - от слова писателя, инженера, врача. Инстинкт жизни заставляет сделать усилие и перевести антисоветскую революцию в ее заключительную стадию - «обуздание». Мы истощены, и возникла общенациональная задача - восстановить хотя бы минимум структур жизнеустройства. И первейшей из этих структур жизни является сегодня государство. Иначе теневые силы, несовместимые с жизнью народа, совсем накроют Россию.

 Кто же сегодня может подпиливать опоры Кремля, который в либеральных устах есть лишь синоним слова «государство»? Кто может ставить его на одну доску с обидами Киселева и Гусинского? Только те, кто или утратил за десять лет этот инстинкт жизни, или действует как внешняя, враждебная нашим людям сила. Подумать только, заметная часть элиты при антигосударственном кличе вновь встрепенулась, как старый боевой конь. Опять развернуты знамена диссидентов, опять мы слышим апелляции к Западу. К кому? К кредиторам - чтобы затянули удавку? К генералам НАТО? Опомнитесь, демократы и правозащитники!

 Когда взывали к Западу, чтобы он помог перемолоть советское государство, за этим стоял жестокий, но все же рациональный смысл. Ошарашенные пожаром жители страны и не заметили, как поджигатели прибрали к рукам все их достояние. Но какие противоречия есть между либералами и режимом Путина? Как ни перебирай, их только два: или нетерпима сама попытка раненой России приподняться с колен - или нетерпима попытка отодвинуть от руля и от сейфов полупреступную руку олигархов-отщепенцев. Даже не олигархов как социальной группы, а именно только отщепенцев. Ведь говорить о пристрастии к демократии и свободе подручным Гусинского и Березовского не стоит. И для цинизма должна быть мера.

 Сказанное вовсе не означает ни братания с Путиным, ни моратория на борьбу оппозиции. Напротив! Выход из страшного кризиса возможен только через укрепление зерен гражданского общества и представительной власти, только через обретение гражданами политической воли. Но сама оппозиция существует только как часть сильного, основанного на праве государства. Для борьбы трудящихся государство - опора, даже если оно взяло сторону противника. Хаос - последний рубеж, и человек труда несет в нем самые большие потери. Однако то стремление изъязвить, исколоть и отравить государство, что вновь проснулось у антисоветской интеллигенции, не является инструментом оппозиции. Напротив, оно ее уничтожает, как уничтожает зачатки и гражданского общества, и демократии.

  

 (Апрель 2001, газета «Россия»)

Главная страница | Сайт автора | Информация

Главная страница