О ситуации в России
  Главная страница

Дата новости: 20.12.06

Энергоресурсы Центральной Азии - под прицелом "интересов безопасности США"

Источник новости: Азия-информ

Наш комментарий: комментарий с asiainform.ru
Наконец то, США признали свою неуважительную и авторитарную позицию в отношение других стран, с культурой и менталитетом которых, всё же пришлось
посчитаться, но... с небольшой поправочкой: во-первых осознание пришло "неожиданно" на краю пропасти, во-вторых: лозунги о демократии и равенстве США произносят уже просто, как "мантру-автомат", чтобы совсем не упасть лицом в грязь, а в-третьих: на долго ли такая "лояльная позиция"? Сдаётся, что как всегда "до первой звезды, батенька".


--------------

Энергетическая безопасность Центральной Азии и интересы США
Ariel Cohen (The Heritage Foundation)


За последние пять лет реальные угрозы для американской национальной безопасности, исламистский терроризм и поставки энергоносителей, нависли над американской политикой в Центральной Азии. Энергетический потенциал региона велик и имеет стратегическую важность, но он не имеет выхода к морю, что усложняет Соединенным Штатам доступ к нему и возможность активного участия в региональных делах.

Соединенные Штаты применяют различные методы для того, чтобы отстоять свои интересы в Центральной Азии. Регион, который включает в себя пять постсоветских государств - Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркмения и Узбекистан, а также Афганистан и Каспийский бассейн - играет важную роль в американской глобальной стратегии в силу его близости к России, Китаю, Индии, Пакистану, Ирану и другим ключевым региональным игрокам. Особую важность представляют этноконфессиональный состав региона и богатые запасы нефти, газа, угля и урана.

Американские интересы в Средней Азии можно выразить в трех простых словах: безопасность, энергия и демократия. Соединенные Штаты ведут настойчивую борьбу, чтобы оградить Запад вообще и Америку в частности не только от террористических угроз, исходящих из Афганистана, а также по причине неуверенности в стабильности источников углеводородов на Ближнем Востоке. Необходимо отдельно отметить, что американская внешняя политика не отдает приоритет одному из направлений в ущерб другого.

Ключевым моментом в американской национальной безопасности, вызывающим тревогу, является диверсификация источников энергии, а также Каспийский регион – важный альтернативный источник ископаемого топлива. Однако чтобы более полно представить ситуацию, необходимо сказать об объеме добычи на Каспии, который сопоставим с общей добычей Ирака и Кувейта, но намного меньше добычи всех стран-экспортеров нефти (ОПЕК).

Объем добычи, как ожидается, в 2015 году достигнет 4 миллионов баррелей в день. Для сравнения: страны ОПЕК в этом году добудут до 45 миллионов баррелей. Центральная Азия не самый крупный в мире источник нефти и газа, вдобавок их добыча затруднена. Доступу на рынки препятствуют политические и географические условия, включая продолжающееся российское влияние, ограниченный доступ к водным путям, за исключением Каспийского моря, и плохо развита экспортная инфраструктура.

Однако это регион весьма важен с геополитической и геоэкономической точек зрения. Россия контролирует большинство нефтяных экспортных маршрутов из Центральной Азии и Каспийского бассейна. Однако прежние и нынешние усилия основных западных нефтяных компаний (стоит упомянуть трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан, так же как сегодняшние запланированные инвестиции Индии и Китая в центрально-азиатский нефтяной сектор) привели к тому, что появилось множество вариантов нероссийских экспортных маршрутов и богатый выбор клиентов. Эти события могут помочь нарушить российскую монополию на транзит энергоносителей, но они также способствуют (вторжению в регион) и усилению борьбы других экономических систем, испытывающих энергетический голод.

Китай демонстрирует устойчивый интерес к энергосектору, как показывает приобретение нефтяной компании PetroKazakhstan у канадской компании Nations Energy китайской компанией China Internаtional Trust and Investment Corporation (CITIC) осенью 2006 года и подписание нескольких важных соглашений по строительству трубопроводов. Россия и Китай скооперировались, чтобы ослабить американское влияние в регионе, и теперь, поскольку они аккумулируют большинство энергетических активов Центральной Азии, будут иметь больше рычагов для предотвращения американского вторжения в их потенциальные сферы влияния.

Соединенным Штатам необходимо проводить в Центральной Азии политику, которая позволит им продолжать увеличивать количество вариантов поставок энергоносителей, размещать их военные силы в непосредственной близости к районам, где существует реальная угроза (их интересам), создавать условия для долгосрочного и глубокого воздействия на продвижение демократических ценностей свободного рынка в политически и экономически неразвитой области. Политики и законодатели (США) должны рассмотреть вопрос, как энергетические проблемы вписываются в широкую систему американских стратегических интересов в регионе и влияют на развитие уравновешенной, выверенной политики, которая позволяет Соединенным Штатам оставаться там, где им необходимо, но дистанцироваться от некоторых моментов, касающихся этих режимов.

Чтобы достигнуть этих целей США должны:

- поддержать проекты по увеличению количества нероссийских маршрутов транзита энергоносителей нефти и газа Центральной Азии;
- продолжать развивать связи США с центрально-азиатскими государствами для развития торговли и обеспечения безопасности;
- продолжить поощрение хорошего управления, современных институтов и законодательных реформ в Центральной Азии;
- применять осторожный подход к режимам, с которыми США в настоящее время в не очень хороших отношениях, учитывая обязательства, адресованные к таким главным национальным приоритетам, как энергобезопасность и глобальная война с терроризмом.

Краткий обзор

Запасы углеводородов Центральной Азии сконцентрированы в районе Каспия. Поэтому Азербайджан является основным игроком, несмотря на то, что он находится на Кавказе. Эта страна владеет значительными нефтяными и газовыми ресурсами и является центральным звеном нероссийского энергетического транзитного маршрута из Центральной Азии на Запад. Большая часть углеводородов Центральной Азии и Каспия находится в Казахстане, Азербайджане, Узбекистане и Туркмении. Таджикистан и Киргизия имеют ограниченные запасы нефти и газа, которые на данный момент не привлекательны для иностранных инвесторов. Самые крупные месторождения нефти, как и три самых крупных нефтяных проекта, находятся в Казахстане и Азербайджане, а именно месторождения Тенгиз и Карачаганак в Казахстане и месторождение Азери-Чираг-Гюнешли (подводное) в Азербайджане. В каждом проекте участвуют основные западные нефтяные компании в качестве акционеров.

- Тенгиз: TengizChevroil (50 процентов - Chevron Texaco, 25 процентов - ExxonMobil, 20 процентов - Казахское правительство);

- Карачаганак: Консорциум Karachaganak (по 32,5 процента Agip и British Gas, 20 процентов Texaco, 15 процентов – LUKoil;

- Азери-Чираг-Гюнешли: Azerbaijan International Oil Company (управляемая ВР; другие акционеры - Unocal, LUKoil, Statoil, ExxonMobil, TPAO, Devon Energy, Itochu, Delta Hess и SOCAR).

Потенциальные запасы нефти Туркмении в прибрежной зоне на Каспийском море еще не исследованы и не могут разрабатываться из-за споров между Туркменией, Азербайджаном и Ираном по поводу разграничения южной части моря.

Транзит нефти

Нефтепроводы Центральной Азии:
- трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД), пропускной способностью более 1 миллиона баррелей в день, идет от азербайджанского побережья Каспийского моря к средиземноморскому побережью Турции. Его главные акционеры формируют консорциум, который включает British Petroleum, SOCAR, Chevron, Statoil, Total, ENI, Itochu, ConocoкPhillips и ExxonMobil;

- "Северный" (Баку-Новороссийск) и "Западный" (Баку-Супса) нефтепроводы, с пропускной способностью от 100 до 115 тысяч баррелей в день соответственно. Они начинаются на азербайджанском побережье Каспийского моря и идут к российскому порту Новороссийск и грузинскому порту на Черном море в Супсе;

- недавно подписано соглашение о маршруте (баржи) между Казахстаном и Азербайджаном по поставкам 10 миллионов тонн (приблизительно 733 миллиона баррелей) казахстанской нефти ежегодно для трубопровода БТД;

- российский трубопровод Атырау-Самара, который идет из Атырау в Казахстане к Самаре в России. Его пропускная способность составляет 300 тысяч баррелей в день, но Россия обязалась увеличивать ее вместимость до 500 тысяч;

- казахско-китайский трубопровод, первая часть которого соединяет казахские месторождения нефти Актобе с казахским нефтяным центром Атыптау, который уже готов. Вторая часть, которая еще строится, будет идти от Атасу (Северо-Западный Казахстан) к Алашканоу (Синьцзян, Китай) и будет стоить приблизительно 850 миллионов долларов, начальная пропускная способность составит 200 тысяч баррелей в день, а максимальная 400 тысяч;

- Каспийский Трубопроводный Консорциум (Caspian Pipeline Consortium - CPC), который соединяет казахские нефтяные месторождения с российским портом Новороссийск. Им владеют и управляют западные частные компании и государственные компании России, Казахстана и Омана, пропускная способность составляет 560 тысяч баррелей в день;

- трубопровод от Shymkent в Казахстане к Чарджоу в Туркмении (через Узбекистан);

- соглашение между Туркменией и Ираном, по которому туркменская нефть поставляется в иранский порт Нека баржами.

По различным оценкам, месторождения нефти Центральной Азии к 2015 году будут давать приблизительно около 4 миллионов баррелей в день, что примерно эквивалентно сегодняшней ежедневной добыче Ирака и Кувейта вместе взятых. В будущем возможна реализация следующих проектов: Центрально-Азиатского Нефтепровода и нефтепровода Казахстан-Китай, строительство которого уже идет.

Наконец, в декабре 2002 года правительства Туркмении, Афганистана и Пакистана подписали Меморандум о намерениях по строительству Центрально-Азиатского Нефтепровода, который будет качать узбекскую и туркменскую нефть в Гвадар (Gwadar), пакистанский порт на Аравийском море. Однако этот проект был отложен по причине продолжающейся нестабильной обстановки в Афганистане.

Природный газ

Самые большие запасы газа среди центрально-азиатских стран у Туркмении и Узбекистана, хотя довольно богатые месторождения есть и в Казахстане (особенно на Карачаганаке в Западном Казахстане) и Азербайджане (Шах Дениз). Возможности центрально-азиатских маршрутов транзита газа, которые не контролируются Россией, пока ограничены еще незаконченным трубопроводом БТД от Азербайджана до Турции и коротким трубопроводом Корпедже-Курт-Куй (Korpedzhe-Kurt-Kui), который идет из Туркмении в Иран. Будущие проекты характеризуются повышенным политическим риском и неблагоприятным инвестиционным климатом.

Кроме трубопровода Корпедже-Курт-Куй, весь туркменский и узбекский экспорт природного газа контролируется Газпромом, и почти весь туркменский газ экспортируется в Россию через Узбекистан или на Украину через Россию.

Существующие газопроводы:

- Центральная Азия - Центр, трубопровод перекачивает туркменский газ в Россию через Казахстан в систему газопроводов Газпрома, восточная и западная ветви которого имеют пропускную способность 3,53 триллионов кубических футов в год, в будущем есть планы ее увеличения к 2009 году;

- Корпедже-Курт-Куй - объединенный проект туркменского и иранского правительств по доставке туркменского газа в Иран. Этот первый нероссийский газопровод в Центральной Азии имеет ежегодную пропускную способность около 300 миллиардов кубических футов;

- Ташкент-Бишкек-Алматы – трубопровод, который принадлежит России и транспортирует узбекский газ в Южный Казахстан. Это главный экспортный газопровод Узбекистана, он также используется для поставок газа Кыргызстану. Пропускная способность - приблизительно 777 миллиардов кубических футов.

Будущие газовые транзитные проекты: Трансафганский Трубопровод (ТАФ) и Южнокавказский трубопровод (Баку-Тбилиси-Эрзерум - БТЭ). ТАФ предназначен для транспортировки газа из Туркмении через Афганистан до Фазилика (Fazilk), порта на индийско-пакистанской границе. Правительства Туркмении, Афганистана и Пакистана подписали меморандум о намерениях в феврале 2006 года начать строительство трубопровода, заинтересованность в котором проявляет и Индия. Американские чиновники продвигают ТАФ, который будет переименован в ТАПИ, когда Индия подпишется под меморандумом, отказавшись от идеи альтернативного ирано-индийского трубопровода. Однако, нестабильная обстановка в Афганистане и вопросы, касающиеся коммерческой жизнеспособности проекта (запланированная пропускная способность трубопровода 1,1 миллиарда кубических футов) надолго отложили его реализацию.

БТЭ в настоящее время еще строится. Он будет идти параллельно нефтепроводу БТД от месторождения газа Шаха Дениз в Азербайджане к Греции, и будет тогда связан с Nabucco, планируемым газопроводом по транспортировке центрально-азиатского и каспийского газа в Грецию, Италию и Австрию. Запланированная пропускная способность БТЭ – 1,5 миллиарда кубических футов - может быть увеличена до 3 миллиардов в 2007 году. Главные акционеры - ВР Statoil, SOCAR, LukAgip, Nico (Иран) и Total.

Дальнейшие Инвестиции

Некогда ручьи западных инвестиций в нефтедобывающую промышленность Центральной Азии давно превратились в поток, но то же самое нельзя сказать о газовом секторе. Лидеры крупных газодобывающих стран, Туркмении и Узбекистана, не являются дружественными по отношению к США, а инвестиционный климат неблагоприятен.

В целом, в большинстве стран Центральной Азии местные экономические системы характеризуются чрезмерным государственным участием, коррупцией, слабым корпоративным управлением, неразвитыми законодательными базами, некомпетентностью, коррумпированной судебной системой. Существует системный отказ по защите прав собственности. Кроме того, эти страны имеют неразвитую транспортную инфраструктуру, которая не контролируется Россией. Но Россия все же прилагает усилия, чтобы предотвратить приобретение иностранными фирмами долей в газовых сетях или строительство конкурирующих трубопроводных сетей. Если будут построены многочисленные газопроводы, соединяющие Центральную Азию с внешними рынками, конкурентоспособные цены, предложенные компаниями из энергопотребляющих стран, наряду с увеличением добычи и спроса, могут повысить цены на центрально-азиатский газ. И инвесторы, и потребители газа и нефти Центральной Азии и Каспия могли бы извлечь больше выгоды от увеличения добычи и производства, расширения разведки, дальнейшего развития нефтегазовой отрасли, которые последуют за увеличением иностранных прямых инвестиций в регион.

Эти выгоды все же должны быть замечены, потому что центрально-азиатский газовый сектор до сих пор испытывает недостаток внешних инвестиций. Россия, через Газпром, продолжает получать прибыль как самый крупный потребитель газового экспорта из Центральной Азии. Газпром покупает центрально-азиатский газ по низким ценам, которые составляют от одной четверти до одной трети рыночных цен в Европе, а затем перепродает газ по рыночному курсу. В 2003 году Туркмения подписала соглашение, по которому начнет продавать почти весь свой газ России, начиная с 2009 года.

Однако недавно Китай также проявил интерес к туркменскому газу. 3 апреля 2006 года лидеры этих двух стран подписали договор, по которому экспортный трубопровод будет построен от Туркмении до Китая, и Китай будет покупать 30 миллиардов кубометров туркменского газа каждый год в течение 30 лет, начиная с 2009 года. На первый взгляд, этот китайско-туркменский договор, кажется, служит хорошим предзнаменованием для иностранных инвестиций в Центральной Азии. Однако есть большие сомнения в том, что Туркмения реально оценила объем своих запасов природного газа. Таким образом, есть предположение, что Туркмения, подписывая договор с Китаем, дважды продала свои запасы газа. Такая вероятность выдвигает на первый план отсутствие прозрачности нефтяных и газовых рынков Центральной Азии.

Те же самые трудности имеются в большом количестве и в Узбекистане. Хотя иностранные фирмы проявили интерес к бизнесу в этой стране, ее газовый сектор остается в значительной степени закрытым для всех, за исключением России. Узбекнефтегаз имел договор о разделе продукции с британской компанией Trinity Energy, но разорвал его в 2005 году, утверждая, что филиал компании, созданный для реализации проекта, не выполняет свои условия контракта.

С тех пор Узбекистан тесно сотрудничает с Газпромом, подписав договор о ежегодных поставках в Россию до 350 миллиардов кубических футов газа, предоставив Газпрому доступ к месторождениям газа на плато Устюрт и отремонтировав обветшавшие газопроводы.

В январе 2006 года глава Газпрома Алексей Миллер подписал контракт с узбекским президентом Исламом Каримовым о передаче трех самых крупных газовых месторождений Узбекистана - Урга, Куаныш и Акчалак - Газпрому, который, реально, получает монопольное право на экспорт узбекского газа. Некоторые аналитики предполагают, что Каримов взамен хочет получить российскую помощь в обеспечении безопасности своего режима.

Туркмения и Узбекистан не являются главными целями для большинства иностранных инвесторов. Ни одна из этих стран не провела существенных экономических реформ, а ситуация с главенством закона и прозрачностью может быть описана как плачевная. Американский госдепартамент предупреждает, что "в истории (независимой) Туркмении немало случаев конфискации собственности местных бизнесменов, включая иностранных инвесторов, без всяких объяснений". Кроме того, плохие отношения между Узбекистаном и Западом, с Соединенными Штатами в частности, устраняют возможность крупных инвестиций для западных компаний.

Инвестиционные магниты: Казахстан и Азербайджан

В отличие от Узбекистана, американские контакты с Казахстаном и Азербайджаном были более успешны. В обеих странах западные инвестиции не только допускаются, но и имеют поддержку со стороны местных органов власти, что благотворно сказывается на увеличении валового внутреннего продукта и повышении уровня жизни. И теперь обе страны экономически конкурентоспособны на международных энергетических рынках.

За время независимости Казахстан получил больше прямых иностранных инвестиций в перерасчете на душу населения, чем любое другой член Содружества Независимых государств. В 2003-2004 годах инвестиции в Азербайджан повысились более чем на 30 процентов. Обе страны получают только пользу от поступательного роста уровня жизни и прямых иностранных инвестиций, они имеют больше доступа к маршрутам экспорта углеводородов, которые не проходят через территорию России и не контролируются ею. Хотя Азербайджану и Казахстану надо пройти долгий путь до зрелой демократии, бесспорно, у них есть большой потенциал, видно их позитивное отношение к демократии, гражданскому обществу и Западу, если сравнивать их с Туркменистаном и Узбекистаном.

Успех Азербайджана и Казахстана в привлечении прямых иностранных инвестиций в их нефтяные и газовые отрасли является следствием проведенных реформ, так же как и открытость перед крупными западными нефтяными компаниями, хотя можно с уверенностью сказать, что квоты на привлечение иностранных служащих продолжают сдерживать инвестиций. Расширяя количество возможных инвесторов и усиливая конкурентную борьбу на энергетических рынках, обе страны служат эффективным противовесом против давления России и Китая, и оба используют этот противовес для получения экономического преимущества.

Очарование Центральной Азии

Есть много политических рисков для бизнеса в Центральной Азии. Как было уже сказано, права собственности, прозрачность и правоприменительная деятельность находятся все еще в стадии развития во всех странах региона. Коррупция носит характер эпидемии, как и нарушения прав человека. Ни одна из этих проблем не является препятствием для российских или китайских инвестиций, что создает трудности для конкуренции со стороны западных компаний, которые ищут гарантии для своих вложений. Кроме того, Россия прилагает все усилия, чтобы поставить преграду для западных инвестиций в регион, который являлся ее бывшей сферой влияния.

Нынешнее положение с проблемой безопасности, особенно если говорить об исламском терроризме и радикализме (Исламское Движение Туркестана, Хизб ут-Тахрир, Акромийа и другие организации), является одной из самых главных проблем для всех правительств Центральной Азии и серьезной угрозой для потенциальных инвесторов и уязвимой инфраструктуры энергетики.

Несмотря на эту политическую уязвимость, инвесторы и правительства в США, Великобритании, Франции, Италии, России, Китае и на Ближнем Востоке все еще с нетерпением ожидают возможности предъявить права на ресурсы углеводородов Центральной Азии. Одной из основных причин привлекательности нефти и газа Центральной Азии является то, что существуют месторождения, которые все еще требуют исследований и подготовки к эксплуатации. Национальные правительства рассчитывают на иностранных инвесторов, чтобы получить капитал для таких дорогостоящих проектов.

Геополитический фактор является еще одним ключевым моментом для беспокойства, поскольку Центральная Азия продолжает оставаться весьма важным стратегическим регионом, особенно для США, России, Китая, Ирана и Индии. Отсутствие политической стабильности в других главных нефтегазодобывающих регионах планеты - на Ближнем Востоке, в Венесуэле и Нигерии - и усиление экономического национализма в России подталкивают заинтересованные страны к тому, чтобы потребовать своей доли центрально-азиатских ресурсов.

Доминирование Газпрома

России доступ к центрально-азиатскому природному газу (особенно туркменскому) необходим для ее доминирования на европейском рынке газа, прежде всего из-за проблем, как внутри, так и за пределами России, так как активов Газпрома не будет достаточно для выполнения экспортных контрактов. Сейчас создается ощущение, что экспортные обязательства Газпрома по природному газу не могут быть выполнены только за счет российской добычи, и в будущем, включая контракт по поставкам в Китай 80 миллиардам кубометров голубого топлива, России понадобится большая часть добычи Узбекистана и Туркмении. Как говорилось выше, это может быть особенно проблематичным в свете недавнего контракта Туркмении с Китаем, который, по-видимому, пообещал поставить газа в два раза больше того, что может.

Недавнее исследование российской газовой промышленности дает следующие цифры: российская газовая промышленность будет добывать ежегодно 665 миллиардов кубометров, внутренний спрос составит примерно 479 миллиардов кубометров, экспорт в Европейский Союз приблизительно 161 миллиардов, экспорт в страны СНГ составит 80 миллиардов и экспорт в Азию спланирован в районе 24 миллиардов кубометров. Чтобы выполнить свои экспортные обязательства, Россия должна будет импортировать 79 миллиардов кубометров газа от производителей в Центральной Азии. Поэтому у России есть стимул поддерживать тесные политические и торговые связи с Казахстаном, Туркменией и Узбекистаном в ближайшем будущем.

Однако Казахстан был и, вероятно, останется открытым для инвесторов, в то же время Туркмения уже начала увеличивать цену на газ. Так как экспортные возможности центрально-азиатских государств расширяются, и вдобавок повышаются цены, то и направления поставок могут измениться в сторону других стран-потребителей, которые не будут предлагать столь низкие цены, как Россия. В 2005 году Россия платила 44 доллара за тысячу кубометров туркменского газа, то есть в пять раз ниже европейских рыночных цен, которые колебались в районе 220-250 долларов.

Политика и роль США в Центральной Азии: Энергетика и не только

США вряд ли станут единственной доминирующей силой в Центральной Азии: нет никаких предпосылок к тому, что это произойдет. Реальные цели - энергетическая безопасность, близость к главному театру войны с терроризмом (Афганистану и Пакистану), борьба с торговлей наркотиками, оружием и технологиями производства оружия массового поражения, поощрение прозрачности социально-экономического развития - требуют твердых обязательств. Это имеет особое значение, поскольку США сосредотачивают свои ресурсы и внимание на другом месте, прежде всего на Ближнем Востоке.

Стратегическое расположение региона и активное глобальная конкуренция за его запасы энергоресурсов будут, до некоторой степени, удерживать здесь США. Американские возможности стеснены натянутыми отношениями с центрально-азиатскими режимами, авторитарные тенденции которых не волнуют никоим образом Россию, Китай, Иран и даже Индию.

Даже если бы США имели возможность ограничить присутствие других «больших» стран в регионе, то это было бы неблагоразумно. Прежде всего, не существуют условий для достижения напрямую главных американских целей в регионе – достижения энергетической безопасности и близкого расположения к источникам террористических угроз. Ограничение возможностей других «мейджоров» в регионе не нужны, и даже было бы серьезной ошибкой для США, например, поддерживать эмбарго на поставки нефти и стали в Японию, существующее еще с 1930-ых и связанное с японской экспансией на Тихом океане. США и другие великие державы разделяют цели по поддержанию стабильности, экономического развития и предотвращения религиозного радикализма и терроризма. Вместо того чтобы открыто противодействовать Китаю, России или Индии, то есть их участию в центрально-азиатских делах, США должны получить выгоду от регионального сотрудничества.

Несмотря на непривлекательную природу авторитарных режимов Центральной Азии, то, что Китай и Россия прикрывают их, вносит свой вклад в краткосрочную стабильность региона, предотвращая политические кризисы. Политический хаос в любой из этих стран будет иметь серьезные последствия для региональной безопасности, потому что они бедны, недовольны, там проживает в основном мусульманское население, восприимчивое к вербовке фундаменталистскими исламскими группами. Более того, торговля героином - серьезная проблема для всей Центральной Азии, особенно Афганистана и Таджикистана, и крах любого из этих государств может привести к резкому росту контрабанды наркотиков, торговли людьми и, возможно, даже компонентами ядерного оружия. Наивысшая стратегическая необходимость заключается в предпочтении «легких шагов», пока регион не достигнет того уровня стабильности, при котором возможны изменения без хаоса.

Существует только один способ для США, чтобы играть более влиятельную роль в центрально-азиатском регионе - с помощью таких партнеров, как Индия. Поскольку Индия является американским стратегическим партнером, устойчивая демократия и растущая экономическая мощь, расширение индийского присутствия в регионе может быть выгодным для американских интересов. Индия отремонтировала бывшую советскую авиабазу в Таджикистане (Айни), чтобы внести свой вклад в стабильность в Афганистане и бороться против исламистского терроризма в Центральной Азии. Соединенные Штаты разделяют обе цели.

Индия может также оказать поддержку увеличению количества вариантов экспорта центрально-азиатского нефти и газа. В дополнение к помощи по уничтожению российской монополии на транзит газа, это стало бы вкладом в экономический рост, стабильность и улучшение отношений между такими транзитными (для трубопроводов) странами, как Индия, Пакистан и Афганистан, на которые распространяются интересы США.

Жизненно важно, чтобы США поддерживали и расширяли свое многогранное присутствие в Центральной Азии. От американского присутствия и участия выгадают обе стороны: США смогут обеспечить свою безопасность, защитить военные, геополитические интересы и доступ к энергоносителям, помогая продвигать развитие демократии и гражданского общества в Центральной Азии. Развивающиеся страны Евразии могут получить доступ к весьма необходимым им американским инвестициям, помощи в обеспечении безопасности и глобальной интеграции. При этом предложения США должны быть привлекательней предложений России, Китая, Индии и Ирана.

Вызовы американским энергетическим интересам по всему миру

Реальным вызовом продвижению энергетических интересов США во всем мире, включая Центральную Азию, является высокий уровень коррупции в управляемых государством энергетических секторах. В недавнем сообщении о газовых торговых отношениях Туркмении и Украины, распространенном лондонской организацией Global Witness, говорится, что они "представляются для ЕС и его соседей проблематичными" и задается вопрос: "Могут ли эти страны, поставляющие или транспортирующие энергоносители, удовлетворить свои энергетические интересы, не подкармливая коррупцию и не подрывая управление страной?" Этот вопрос можно задать и по поводу других регионов, включая Ближний Восток.

Ответ на тот вопрос, касательно в одинаковой степени Центральной Азии и Ближнего Востока, таков: "Нет". Это относится и к коррупции, и к нарушениям прав человека. Некоторые утверждают, что было бы неблагоразумным жертвовать американскими интересами в энергетической безопасности из-за трудностей в отношениях с режимами, которые не разделяют американские ценности. В конце концов, таких режимов большинство среди нефтяных производителей. Это - реальный вызов американским политикам.

Недавний американский опыт с критикой президента Узбекистана Ислама Каримова по поводу бойни в Андижане, где узбекские вооруженные силы открыли огонь по вооруженным исламистам и гражданским участникам протеста, является весьма важным моментом. Эта критика спровоцировала резкий узбекский ответ, который привел к потере и стратегических отношений, и американской авиабазы Карши-Ханабад. Этот инцидент можно рассматривать как ценный урок для американских политиков и высших чиновников. Непримиримость по отношению к проблеме демократического развития, кроме других американских национальных интересов и приоритетов, сослужила Соединенным Штатам плохую службу в Узбекистане и привела к тому, что была пересмотрена (киргизским правительством) плата за размещение авиабазы в международном аэропорту "Манас", которая возросла примерно до 150 миллионов долларов в год.

Учитывая высокую стоимость приоритетов прав человека, в обстановке отсутствия стабильности на энергетических рынках, уместно было бы задаться таким вопросом: "Как США могут успешно уравновесить проблемы своей безопасности, энергетические проблемы и приоритеты прав человека для полного удовлетворения американских интересов?". США должны оставаться в контакте с лидерами большинства государств, с элитами, политическими партиями и отдельными значимыми личностями в Центральной Азии. Только так США смогут начать восстанавливать их прежний статус в качестве друга и образца для этих стран в противоположность статусу супердержавы, непреклонной в достижении цели свалить все режимы в регионе.


Политические цели

Оставаясь в регионе на постоянной основе, США могут быть в состоянии добиться серьезных успехов в достижении своих целей в Центральной Азии, которые включают:

- решение внутрирегиональных конфликтов и поддержка политического, экономического сотрудничества, а также сотрудничества в сфере безопасности в интересах создания региональной стабильности и экономической взаимозависимости;

- поощрение прозрачного, экономического развития на основе законов рынка;

- помощь в развитии коммуникаций, транспортной инфраструктуры, здравоохранения и социальной инфраструктуры;

- защита и поощрение американских фирм и инвестиций;

- поощрение независимого, прозрачного и дееспособного правительства в каждом государстве;

- развитие и защита прав человека, толерантности и плюрализма.

Что следует сделать

Чтобы достичь этих целей Совет Национальной Безопасности должен скоординировать действия Государственного департамента, министерства обороны, департамента по энергетике и других департаментов для проведения соответствующей политики:

1. Продолжить поощрение правительств Индии, Китая и Пакистана для создания альтернативы российской транзитной монополии, создавая новые маршруты транзита (трубопроводы, судоходные линии и железные дороги) в западном направлении, а в некоторых случаях на восток и юг.

2. Поощрять многонациональные корпорации к диверсификации транзитных маршрутов транзита энергоносителей для снижения рисков. Это в общих интересах США, членов ЕС и Китая.

3. Развивать более тесные связи с центрально-азиатскими государствами, обращая их внимание на взаимную прибыль от западных инвестиций, военного присутствия и сотрудничества в сфере безопасности, и, прежде всего: помогать в осуществлении экономических и законодательных реформ для привлечения и защиты иностранных инвесторов и поощрения экономического роста. Координировать проведение реформ с участием международных финансовых институтов и программ, которые администрируются членами ЕС, типа британского Фонда Ноу-Хау (British Know-How Fund). Развивать более тесные отношения в военной сфере, сфере безопасности, борьбы с терроризмом и в сфере правоприменительной деятельности; усиленно развивать институты демократического и гражданского общества через программы, администрируемые НЕД (National Endowment of Democracy) и неправительственными организациями.

4. Применять осторожный и продуманный подход к государствам, лидеры которых не склонны к сотрудничеству с США, особенно Туркмении и Узбекистана, при этом, прежде всего: подчеркивать общие интересы в сфере безопасности, особенно в борьбе с исламистским терроризмом, и продвигать военное сотрудничество там, где есть американские интересы. Облегчить энергетическое сотрудничество, включая проекты с участием частных инвестиций и проекты транзитных трубопроводов, которые увеличат объемы поставок углеводородов на мировые рынки. Поддерживать светские умеренные исламские демократические оппозиционные партии или личности (которые обязательно должны быть противниками организаций или государств, которые являются джихадистскими или оказывают спонсорскую поддержку террористам и экстремистам) открыто не преследуя задачу изменения режима. Исследовать и поощрять возможности для развития стабильного диалога между существующими режимами, демократическими и умеренными оппозиционными группами и для установления открытой политической системы; проводить, там, где необходимо, публичные информационные кампании для критики существующего руководства и доведения до общественности сведений о его злоупотреблениях; принять меры против обратной реакции исламистов на поддержку диалога между существующими режимами и светскими оппозиционными группами и другими законными, “не дестабилизирующими”, политическими игроками.

Заключение

Политические, экономические интересы и интересы безопасности США и Центральной Азии не исключают друг друга и могут быть лучше реализованы через сотрудничество, а не через конфронтацию. Развитие и безопасность поставок и транзита энергоносителей - один из таких общих интересов, который необходимо культивировать. Отсутствие общего мнения по каждой проблеме не должно препятствовать сотрудничеству государств для достижения их собственных, отдельных друг от друга, целей. Даже если отношения между США и центрально-азиатскими государствами или Россией в постсоветское время находятся на низком уровне, общие интересы, такие как развитие энергетики, борьба с терроризмом и ограничение распространения ядерного оружия, должны приветствоваться.

Американское участие и помощь вносят свой вклад в экономическое, политическое и социальное развитие государств Центральной Азии. Соединенные Штаты должны оставаться в регионе столько, сколько будет это возможно. Учитывая недавние напряженные отношения, касающиеся предпочтения экономических моделей и политических систем, выполнить это будет сложно. Непрерывный диалог с региональными игроками, а так же с Россией, Китаем, Европейским Союзом и его ключевыми членами, Японией и Индией должен скоординировать политику и предотвратить кризисы.

Потребуется компромисс от обеих сторон, и США могут столкнуться с тем, что для получения уступок потребуются уступки. Однако США, как самая влиятельная сила, могли бы со временем сделать первый шаг.
Автор: Ариэль Коэн, доктор философии, специалист по российской, евразийской и международной энергетической безопасности.

Главная страница