Альманах
  Главная страница

 

Выпуск: N 1(13), январь 2004

Семинар по "Капиталу" К.Маркса(часть 2ая)

Интернет


Дальнейшее чтение показывает, что Маркс ничего не делает просто так. Подробные инструкции по вычислению необходимого и прибавочного времени нужны Марксу прежде всего потому, что на момент написания «Капитала» господствовали совершенно иные представления о процессе производства стоимости.
Продолжение, начало в номере 9-10
http://situation.ru/app/j_art_189.htm

Щеглов Сергей Игоревич

(Рассуждение девятое -1)

В пятой главе «Капитала» Маркс развивает и конкретизирует свое понимание трудовой теории стоимости. Помимо тезисов вульгарного марксизма (вроде «архитектора и пчелы»), набивших оскомину еще с курса марксизма-ленинизма (и представляющих собой возведенные в ранг ИСТИНЫ пояснительные замечания Маркса), эта глава содержит несколько менее популярных, но куда более существенных положений.

Во-первых, Маркс впервые вводит в этой главе понятие «общественно-экономическая формация» и формулирует некое соответствие между этими формациями и используемыми при них СРЕДСТВАМИ ТРУДА:

«Такую же важность, какую строение останков костей имеет для изучения организации исчезнувших животных видов, останки средств труда имеют для изучения исчезнувших общественно-экономических формаций»,
«Экономические эпохи различаются не тем, ЧТО производится, а тем, как производится, какими средствами труда. Средство труда не только мерило развития человеческой рабочей силы, но и показатель тех общественных отношений, при которых совершается труд».

В абстрактной форме перед нами -закон соответствия производительных сил и производственных отношений, который будет, видимо, развит значительно позже (я просто не помню, в «Капитале» ли вообще формулировался этот закон).

Во-вторых, Маркс впервые четко и недвусмысленно различает понятия ТРУДА и СТОИМОСТИ:

«Процесс труда, как мы изобразили его в простых и абстрактных его моментах, есть целесообразная деятельность для созидания потребительных стоимостей... вечное условие человеческой жизни, и поэтому он не зависим от какой бы то ни было формы этой жизни, а, напротив, одинаково общ всем ее общественным формам»

В то время как стоимость возникает лишь при условии ТОВАРНОГО производства:

«Потребительные стоимости вообще производятся здесь лишь потому и постольку, поскольку они являются материальным субстратом, носителем меновой стоимости».

Таким образом, хотя труд, по Марксу, и является источником всякой стоимости, но он может воплощаться в потребительную стоимость, не создавая при этом собственно «стоимости»; труд предшествует стоимости -а если продолжить аналогию в будущее, то и переживет ее.

Видимо, тут имеет смысл построить некую классификацию:
1) первобытный коммунизм -не-товарное производство, труд прямо удовлетворяет потребности,
2) докапиталистические общества -товарное производство в условиях зависимого работника,
3) капиталистические общества -товарное производство при наличии свободного работника,
4) посткапиталистические общества - ???
- из которой совершенно логично следует, что современный мир так до сих пор и не стал полностью капиталистическим, по-прежнему активно используя рабский труд стран «периферийного капитализма». Вообще, пока есть возможность жить грабежом (пока есть ЧТО грабить), кто будет заниматься производством?! Воин/охотник -вот истинное предназначение человека! :)
Между прочим, из этой простой «четырехчленки» следует парадоксальный вывод: развитие капитализма сегодня, в начале 21 века, находится в мировом масштабе на той же самой полу-капиталистической стадии, что и сто лет назад, в начале 20 века! До тех пор, пока абсолютное большинство населения планеты не превратится в СВОБОДНЫХ РАБОТНИКОВ, говорить о «мировом капитализме» и уж тем более о «пост-капитализме» просто глупо. Обычная феодальная империя, вот что такое современный «пост-капитализм»...

(Рассуждение девятое -2)
Но самое интересное в пятой главе -это попытка Маркса ПОСЧИТАТЬ затрачиваемый на производство товаров труд. Он прямо так и пишет:

«... необходимо прежде всего вычислить труд, овеществленный в этом продукте».

Как идет такое вычисление? Мы находим примечательную фразу:

«Если количество золота в 12 шилл. составляет продукт 24 рабочих часов, или двух рабочих дней...», -

раскрывающих способ, которым пользуется Маркс. Фактически, он производит приравнивание ВСЯКОГО труда к труду по ДОБЫЧЕ ЗОЛОТА! Просто, как все гениальное -труд сразу же приобретает денежное выражение, все споры о том, какой труд считать «простым», становятся неуместными (конечно же, труд по добыче золота), а соотнесение количеств этого «простого труда» с количествами других, «сложных» видов труда можно уже без проблем предоставить РЫНКУ -ведь если исходный принцип (обмен пропорционально стоимости) верен, то товары сами выстроятся по ранжиру сообразно затраченным на них количествам ПРОСТОГО труда.

Таким образом, НЕВЕРНО, что Маркс считает труд в ЧАСАХ. Нет, он считает их в часах ПРОСТОГО ТРУДА, в 19 веке равного труду по добыче денежного товара, а в наше время, в эпоху чисто кредитных денег, равного средним трудозатратам по человечеству в целом. Час труда для Маркса -лишь условная единица измерения, лишь способ выразить в модели появление прибавочной стоимости. Тому мы находим четкие подтверждения в дальнейшем тексте:

«... предполагается, что затрачено лишь рабочее время, необходимое при данных общественных условиях производства... Если бы капиталисту пришло в голову применять золотые веретена вместо железных, то в стоимость пряжи входил бы, тем не менее, лишь общественно необходимый труд, т. е. рабочее время, необходимое для производства железных веретен».

«... труд, заключается ли он в средствах производства или же присоединяется рабочей силой, учитывается лишь по количеству времени.... Однако он идет в счет лишь постольку, поскольку время, затраченное на производство потребительной стоимости, общественно необходимо».

Можно ли яснее выразить ту мысль, что, по Марксу, стоимость создается трудом ВСЕГО ОБЩЕСТВА, а вовсе не одним отдельно взятым рабочим? Маркс прямо указывает, что по количеству КОНКРЕТНОГО труда никоим образом нельзя судить о произведенной им стоимости:

«Иначе ему в том и в другом случае на производство одного фунта пряжи пришлось бы затратить больше рабочего времени, чем общественно необходимое время, но это излишнее время не создало бы стоимости или денег».

Вот именно так: «или денег». Синоним вполне понятный, если пересчитывать труд через простой труд = добыче золота. Дальнейшие замечания о сложном и простом труде (удивительно краткие и поверхностные) позволяют предположить, что для самого Маркса вопрос о способе измерения труда (через цены товаров и трудозатраты в их производстве) был вполне очевиден. Да собственно, как иначе измерять количество ОБЩЕСТВЕННО-НЕОБХОДИМОГО труда, кроме как ретроспективным анализом трудозатрат по уже произведенным товарам?

Таким образом, пятая глава «Капитала» фактически закрывает тему «расчета стоимости»: другого способа ее определения, кроме обмена товаров на рынке и наблюдения за устанавливающимися на них ценами, У НАС НЕТ. Забудьте трудодни, забудьте гулаго-годы. Быть может, рынок и несовершенный измерительный инструмент, однако свое собственное порождение -стоимость -способен измерять только он.

УСЛУГИ & СТОИМОСТЬ ТРУДА

(Рассуждение деcятое, юбилейное -1)
Осилив целых пять глав «Капитала», я уже могу мнить себя матерым марксистом. Самое время устроить проверку этой «матерости»: поставить перед марксовой моделью «от Щеглова» какой-нибудь вопрос и попробовать на него ответить. Собственно, мне даже не надо его придумывать: это вопрос о СТОИМОСТИ УСЛУГ. Вопрос этот интересен как с точки зрения развития модели (к тому же с возможностью проверки -услуги рассмотрены Марксом во втором томе «Капитала», так что сформулировав вывод, можно будет сравнить его с текстом самого «дедушки»), так и с точки зрения критики модели -а может быть, капиталист покупает у работника все-таки ТРУД (как услугу), а не РАБОЧУЮ СИЛУ? Какие аргументы может привести Маркс в пользу покупки именно рабочей силы?

Начнем со стоимости услуг. Маркс понимает под «услугой»:

«... не что иное, как полезное действие той или иной потребительной стоимости».

Как мы уже знаем, рабочая сила имеет потребительную стоимость типа «могу создавать стоимость» (а здания, машины и транспорт -потребительную стоимость типа «могу переносить стоимость на продукт», если на то пошло). Таким образом, труд -самая что ни на есть услуга (в отличие от рабочей силы, которая уж всяко товар). А следовательно, стоит только заговорить об экономике услуг -и прощай вся стройная конструкция покупки рабочей силы с извлечением из нее прибавочной стоимости! Понятное дело, что Маркс обходит этот вопрос стороной, откладывая до второго тома. Но мне-то скрывать нечего, рассмотрим услугу здесь и сейчас!
Ранее я уже приводил пример со «сдачей рабов в аренду». Если распространить на сферу услуг закон стоимости (а куда деваться?), то в этом случае арендная плата за таких рабов будет устанавливаться точно по тому же принципу, что и арендная плата за здания и машины -исходя из предположения их МАКСИМАЛЬНОЙ загрузки (потому как арендодатель не может, да и не собирается контролировать, как арендатор использует полученную потребительную стоимость). Таким образом, дополнительной прибавочной стоимости (в масштабах экономики в целом) из «аренды рабов» не выжмешь (только локальную прибыль, компенсируемую убытками в других отраслях). «Услуги труда» в данном случае представляют собой точно такой же ПЕРЕНОС стоимости «рабов» на продукт производства, какой имеет место в случае переноса на продукт стоимости зданий и оборудования.
Следовательно, услуги сами по себе стоимости не имеют (как «абстрактные услуги»), а представляют собой ЧАСТЬ от стоимости той потребительной стоимости (не надоело еще? мне так уже), которая и оказывает услуги. Просто, как все у Маркса, если немного разобраться.

Теперь проверяем модель: открываем ВТОРОЙ том «Капитала» и читаем:

«... если деньги являются здесь формой существования капитала, то отнюдь не только потому, что деньги выступают здесь в качестве средства платежа за человеческую деятельность, имеющую полезный эффект, за услугу... Деньги могут быть израсходованы в такой форме лишь потому, что рабочая сила находится в состоянии отделения от средств производства (включая сюда и жизненные средства как средства производства самой рабочей силы)».

Этот пассаж в предметном указателе моего издания обозначен как «Услуги -определение». Видимо, имелась в виду «человеческая деятельность, имеющая полезный эффект». Проверка не удалась -не развил Маркс экономику услуг, не сообразил, куда капитализм катится :) Но обратите внимание -в отношении того, ЧТО покупает капиталист, Маркс твердо стоит на своем: пока средства производства (Маркс специально оговаривает, что речь идет о ВСЕХ средствах производства, включая воду и землю под ногами) ОТДЕЛЕНЫ от рабочих, те вынуждены продавать НЕ УСЛУГИ, а способность к услугам, РАБОЧУЮ СИЛУ.
Может быть, в гипотетическом пост-капитализме отдельные индивидуумы займутся как раз куплей-продажей своих услуг, а не рабочей силы?..

(Рассуждение деcятое, юбилейное -2)

Но отвлечемся от мечтаний о прекрасном далеке и вернемся к прозаическому вопросу: а почему, собственно, рабочие продают капиталисту НЕ УСЛУГИ?! Не сам ТРУД, а какую-то выдуманную Марксом «рабочую силу»?
С точки зрения логики Маркса (внимание!), ответ очень прост: если бы продавался труд -;услуги! - то НЕ ВОЗНИКАЛО бы никакой прибавочной стоимости. Благосостояние всех людей росло бы одинаковыми темпами (в терминах потребительной стоимости), или же оставалось на исходном уровне (в терминах меновой стоимости). А на деле имеет место рост капиталов при сохраняющейся нищете «резервной трудовой армии». Для Маркса факт наличия ПРИБАВОЧНОЙ стоимости был еще более аксиоматичным, чем трудовой характер самой стоимости (ну должна же модель иметь какие-то аксиомы?).
Я полагаю, что на концепцию «рабочей силы» Маркса натолкнула именно такая, строго формальная логика рассуждений. Иногда цитируемое его замечание:

«... сам труд, как элемент, образующий стоимость, не может иметь стоимости, а потому и определенное количество труда не может иметь стоимости», -

- является всего лишь альтернативным выражением понимания труда как ПОТРЕБИТЕЛЬНОЙ СТОИМОСТИ РАБОЧЕЙ СИЛЫ. Сам по себе труд стоимости не имеет -стоимость имеет поток рабочей силы, а создает этот поток уже новую стоимость, никак с предыдущими не связанную.

Я допускаю, что можно построить модель, в рамках которых рабочие продают именно услуги, являясь эдакими «частными предпринимателями по продаже трудовых услуг». Однако практика (да, вот на что приходится ссылаться...) показывает, что большинство граждан предпочитают работать по найму, в рамках трудового законодательства, а не заключать с нанимателями договоры подряда, изображая из себя «равноправных партнеров» (и отвечать по куда более жесткому к невыполнению обязательств гражданскому кодексу). Так что в марксовой модели что-то есть :)

В заключении я хочу разобрать еще одно, в свое время поразившее меня возражение против концепции «рабочей силы» (принадлежащее А.Усову, развившему собственную теорию стоимости):

А.Усов: «Никто никому не платит денег за простое обладание силой или умение что-то делать, деньги платят лишь за конкретную работу, которая либо уже выполнена, либо будет выполнена».

Типичное для «критиков» марксизма высказывание -«очень веское и на полметра мимо». Так ведь и в товарах никто не покупает их СТОИМОСТЬ (ну разве что спекулянты) -покупается их потребительная стоимость! А вот то, ПОЧЕМ покупается -вот это уже определяется (или не определяется, если мы придерживаемся других моделей) собственно стоимостью товара. Так что, хотя деньги действительно платят за конкретную работу, но то, СКОЛЬКО их платят, определяется вовсе не самой по себе этой работой, а иным, внешним по отношению к капиталисту и рабочему фактором. Этот фактор можно, вслед за Марксом, абстрактно назвать «стоимостью рабочей силы», а можно и конкретизировать как стоимость рабочей силы ОПРЕДЕЛЕННОЙ КВАЛИФИКАЦИИ.

Мне думается, что Маркс действительно довел трудовую теорию стоимости до ее логического завершения. Если у Рикардо мы встречаем формулировку типа «стоимость определяется затратами труда И редкостью», то Маркс попросту свел «редкость» вообще к редкости одного-единственного ресурса -этой самой РАБОЧЕЙ СИЛЫ -и тем самым придал затратам труда характер единственного источника стоимости. И все попытки опровергнуть ЛОГИЧЕСКИ модель Маркса, с которыми я до сих пор имел дело, до сих пор разбивались об ее безупречный формализм: труд, стоимость, рабочая сила -а все остальное от лукавого :)

хочу сделать пару уточнений:

>И несомненно также и то, что в стоимость (калькуляцию) услуг в состоянии свободного рынка труда будет неизбежно включаться не только стоимость самозатрат вопроизводства ресурса, но и добавочная стоимость расширенного ее воспроизводства.

Действительно, почему это самовозрастать должен только капитал?! Кто мешает (сохраняя прибыльность) оплачивать рабочую силу ЧУТЬ ВЫШЕ ее стоимости, оставляя себе ЧУТЬ МЕНЬШЕ прибавочной стоимости? Понятно, что ТАКОЕ нарушение закона стоимости (ну ладно бы в свою пользу - а то в пользу кого? рабочих?!) Марксу ну никак не могло в голову придти - а может, он специально отложил этот вопрос "на потом", да так и умер "потом". Между тем в третьем томе Маркс совершенно спокойно отказывается от закона стоимости в части "цен производства" - так что я могу предположить, что и в части зарплаты (vs. "стоимость рабочей силы") он также мог бы от него отказаться.

>В конце концов, Серегин доходит до мысли, что финкапитализм уже насильно втюхивает части народонаселения прибавочную стоимость совершенно варварскими изощренными методами, например методами брендов и протребкредитов.

Более того, оказывается, что такой способ НАРУШЕНИЯ ЗАКОНА СТОИМОСТИ более эффективен, чем предыдущий ("цены производства") и ведет к большим денежным прибылям. Вот только опять же дисбалансы вызывает, как и всякое нарушение законов природы :)

>Если же вернуться к своим баранам, то остается вопрос о источниках стоимости, продолжаем ли мы оставаться на ресурсной основе ограничнного ресурса труда и АДТ и отсекаем все иные накопленные источники (знания, капиталы, и проч) или нет.

Пока что - всего за 5 глав "Капитала"! - нам уже стало понятно, что стоимость создает вовсе не "труд", а "рабочая сила" (!). А вот что це за такэ - "рабочая сила" - это очень даже нужно посмотреть. Понятно, что без знаний рабочая сила типа "инженер-механик" в принципе существовать не может. Следовательно, в балансе сразу появляется образование, здравоохранение, питейные заведения для творческого общения инженеров, и протчая, и протчая. Марксу-то что - он строил двух-отраслевой баланс (рабочая сила - капитал), а нам надо сделать следующий шаг - хотя бы к трех-отраслевому перебраться. Придется немного повозиться.


Сергей Пуденко
10:20 Странник
>Если труд - SOURCE, то, естественно сам труд не товар и товаром чисто логически являться не может. Товаром является источник труда - Маркс изобрел для этого "рабочую силу".

>Понятно, что труд и способность (мощность) труда имеют разную размерность.

Если бы это было "понятно". Ничего подобного. Понятие -синоним понимания существа дела. Не разобравшися у деда "в подвале" до дна, как и его бородатый друг Фрицци, начинаете полемические приемы . Тормозните на своем тезисе.

"Капитал" можно расписать в терминах ряда мощности( например
- "производственные мощности").

Производящая мощь ( Аrbeitskraft - в политэкономии
"рабочая сила"). Все категории можно расписать через "ряд труда",
а не только "ряд капитала". Одновременно от стоимостных
форм можно перейти к математически выраженным и физически обоснованным выражениям для некоторых конкретных типов работ и услуг (транспортная услуга -сделано).

Не труд продает наемный работник, а товар рабочую силу,
Arbeitskraft. У нее по немецки еще есть смысл"мощности"
У автора термин приобретает понятийное содержание по ходу
развития теории. Этому помогает и немецкий язык, благодаря
гибкости, развитости и давно отмеченной за ним способности к более
точному отображению строгих, скажем философских, понятий. РС в
итоге оказывается тем, что именуется "способностью производить
работу", Arbeitsfahigkeit (в том же смысле и еще более этимологически прозрачно- иногда Arbeitsvermogen). Это , еще и еще раз, величина, имеющая смысл и размерность _мощности_(в физическом смысле). А не силы. Как только это достигнуто, все начинает становиться на свои
места. Произведение мощности на время есть работа (Arbeit).

С основными понятиями физики дело обстоит так.
Нечеткие термины сила и "живые силы"вплоть до
Майера (1845)служили основным эквивалентом величины с размерностью энергии. Майер сделал акт выбора и закрепил понятие силы только за силой в ньютоновском смысле с ее размерностью.

Щеглов Сергей Игоревич
Тут некоторые товарищи сетовали, что мало я Маркса критикую. Ну так вот вам :)

(Рассуждение одиннадцатое -1)
Итак, в первых пяти главах «Капитала» Маркс вводит (пока еще на абстрактном уровне) понятия «потребительной стоимости», «стоимости», «рабочей силы» и «прибавочной стоимости». Для завершения «первого контура» своей модели (контура, в рамках которого еще сохраняется предположение, что цены товаров примерно равны их стоимости) Марксу остается сделать только две вещи:
1) объяснить, каким образом стоимость средств производства переносится на производимый товар (обосновав, в частности, что в процессе такой трансформации не может образоваться, даже чисто случайно, никакой «прибавочной стоимости»),
2) сформулировать наконец в явном виде понятие «эксплуатации», отличив прибавочную стоимость от добавленной стоимости.
Решению этих задач посвящены следующие две короткие главы -6 и 7.

Маркс возвращается к своему любимому прядильному производству:

«... в своем абстрактном общем свойстве, как затрата человеческой рабочей силы, труд прядильщика присоединяет к стоимости хлопка и веретен новую стоимость, а в своем конкретном, особенном, полезном свойстве, как процесс прядения, он переносит на продукт стоимость этих средств производства и таким образом сохраняет из стоимость в продукте».

ОК, все это мы уже читали. Вопрос о том, сколько же именно стоимости перенесет веретено (срок службы которого, быть может, составляет не один месяц) на свой продукт, для Маркса достаточно очевиден:

«Из опыта известно, сколько времени может в среднем просуществовать данное средство труда...»

(Любопытное замечание делает Маркс двумя строчками раньше:
«Со средством труда дело обстоит точно так же, как с человеком... на человеке не написано, сколько <ему осталось жить -вставка моя, т.к. имеющийся перевод не стыкуется с дальнейшим текстом>. Однако это не препятствует обществам страхования делать очень верные, и, что еще важнее, очень выгодные выводы из средней продолжительности человеческой жизни»
Вот так-то! Если бы человека покупали как раба, то по Марксу он точно так же лишь переносил бы свою стоимость на продукт труда, ничем не отличаясь от средств труда. Прибавочную стоимость можно добыть, лишь купив ТОЛЬКО рабочую силу, а не работника целиком).

Далее следует несколько страниц пояснений, постоянно сопровождающихся фразами «с полной ясностью видно», «легко понять» и прочими марксовыми завлекаловками. «Легко понять» читатель должен вот что: любые средства производства, купленные по своей стоимости, способны лишь перенести ее на конечный продукт, но не более того. Логика доказательства такова: те средства производства, которые вовсе не имеют стоимости (например, вода в реке общего пользования), не способны ничего добавить к стоимости продукта. Рассуждение выглядит похожим на правду: «снега зимой не выпросишь» или «ведро забортной воды» - типичные метафоры жадности, ссылаться на себестоимость подобных ресурсов явно не принято. Но это всего лишь отсылка к опыту; никакого ЛОГИЧЕСКОГО доказательства НЕВОЗМОЖНОСТИ появления дополнительной стоимости от эксплуатации средств производства здесь не содержится. Тем более странным выглядит следующее примечание Маркса:

«Легко понять поэтому всю нелепость пошлого Ж.Б.Сэя, который хочет вывести прибавочную стоимость... из [производственных услуг], которые средства производства -земля, орудия, кожи и т.д. -оказывают своими потребительными стоимостями в процессе труда».

Мда-с. Аргумент, на который так и напрашивается контр-аргумент в духе «Легко понять всю нелепость пошлого К.Маркса, который хочет вывести прибавочную стоимость из тех услуг, которые рабочая сила оказывает своей потребительной стоимостью в процессе труда».


(Рассуждение одиннадцатое -2)
Так в чем же у нас отличие-то между средствами производства и рабочей силой?! Почему Маркс приводит такие вот поверхностные замечания вместо формального доказательства?!
Казалось бы, чего проще? Еще раз напиши здесь, в шестой главе, что создавать прибавочную стоимость может только такой ресурс, стоимость которого (при самом строгом соблюдении закона стоимости!) НИЖЕ, чем стоимость, которую он создает в процессе производства. Еще раз приведи «четыре критерия» для такого ресурса, продемонстрируй, что затраты на разнообразные «средства производства» ЗАВИСЯТ от времени их эксплуатации (быстрее износ), а на «рабочую силу» - НЕ ЗАВИСЯТ, так как человек хочет есть независимо от времени, которое он проработал на капиталиста. И все -задача решена! Почему же Маркс этого не делает?
Но дело в том, что Маркс и раньше этого не делал! «Четыре условия» он нигде в явном виде не формулировал, и вообще считал трудовую теорию стоимость АКСИОМОЙ! Видимо, я слишком многого хочу от «дедушки»; для него положение о том, что средства производства НЕ ПРОИЗВОДЯТ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ, было и вполне очевидным, и уже не раз ДОКАЗАННЫМ к данной главе. Поэтому Маркс и позволяет себе расслабиться, употребляя популяризаторские и полемические словечки вместо логического обоснования. Должны ли мы на этом основании считать Маркса «нелепым и пошлым»? Да ничуть не в большей мере, чем того же Ж. Б. Сэя! В конце концов, Маркс писал книгу для пролетариата, а в литературе такого толка полемические обороты и многочисленные повторы весьма полезны.

Сейчас я попробую еще раз воспроизвести логику Маркса, как я ее понимаю. Для начала сформулируем предельно абстрактную модель понятия «стоимости». Пусть существует некий выделенный субъект -«общество» (раз уж Маркс говорит об «общественно-необходимых затратах»), которому для существования нужны разнообразные «потребительные стоимости». Чтобы определить обменные соотношения этих «потребительных стоимостей», их так или иначе приходится соотносить с неким ЭКВИВАЛЕНТОМ. (В исторической практике человечества таким эквивалентом выступали универсальные, но разные товары - скот, рис, золото, серебро и т.д. - откуда уже можно сделать вывод о наличии еще более ОБЩЕГО эквивалента). Что может служить таким эквивалентом в рамках абстрактной модели «общества», о котором мы знаем только, что населяют его индивиды, в сутках которых только 24 часа?! Какой ресурс НЕИЗБЕЖНО присутствует в любых уравнениях обмена? Ну разумеется, ВРЕМЯ -время, в течение которого нужно обеспечивать существование общества, и время, которое это общество способно затратить на некую целесообразную деятельность. Все остальные ресурсы могут меняться; но от времени собственного существования ни один субъект никуда не денется. Отсюда -совершенно абстрактно! -мы и получаем ОБЪЕКТИВНЫЙ критерий стоимости: необходимые затраты ВРЕМЕНИ ОБЩЕСТВА на получение данной «потребительной стоимости».

Так вот, трудовая теория стоимости в том виде, в каком она развита в первом томе «Капитала» - это УПРОЩЕНИЕ изложенной выше теории стоимости. Упрощение, основанное на отождествлении затрат времени ВСЕГО ОБЩЕСТВА с затратами времени его РАБОТАЮЩИХ индивидов. Возвращаясь чуть назад (к пятой главе), мы можем разыскать прямое указание Маркса на это обстоятельство:

«Наш приятель, который только что кичился своим капиталом, вдруг принимает непритязательный вид своего собственного рабочего. Да разве он сам не работал? Не исполнял труд надзора и наблюдения за прядильщиком? И разве этот его труд не создает, в свою очередь, стоимости? Но тут его собственный надсмотрщик и его управляющий пожимают плечами...»

Если в абстрактной модели мерилом стоимости являются затраты времени общества в целом, то в модели Маркса стоимость измеряется уже только затратами «труда» - то есть времени, проведенном конкретными индивидами над процессом создания предназначенных к обмену потребительных стоимостей. Капиталисту в таком «труде» отказано, поскольку он выступает здесь не как «рабочая сила», а как персонификация «капитала». Отказано ему и в ЗАТРАТАХ ВРЕМЕНИ, а следовательно -и в существовании в качестве части ОБЩЕСТВА. Такое вот у Маркса сделано упрощение :)

Различие между «временным» и «трудовым» подходами к стоимости можно проиллюстрировать следующим простым примером: какова «стоимость» формулы Е=mc2? С точки зрения «трудовой» теории, стоимость ее близка к нулю -ведь платили-то физикам-теоретикам не за создание формулы, а за обучение студентов в университетах, так что никакого «труда» в марксовом смысле эта формула никому не стоила. А вот с точки зрения «временной» теории, ее стоимость -30 лет жизни целого НАУЧНОГО СООБЩЕСТВА (с момента открытия радиоактивности до теоретических разработок атомной энергетики). И потому, получив эту формулу, следовало бы по справедливости РАСПЛАТИТЬСЯ с ее авторами -инвестировав аналогичную стоимость (ее деятельностный эквивалент) в продолжение научных исследований. Я подозреваю, что формула была куплена человечеством по бросовым ценам, разорившим фирму-производителя-и результат не замедлил сказаться, нет у нас до сих пор не то что термоядерного реактора, а даже надежд на его появление в ближайшие 50 лет.

Хотим мы того или нет, но модель Маркса сегодня АДЕКВАТНО отражает те систематические диспропорции в распределении общественных ресурсов, которые характерны для капитализма.


Сергей Пуденко

надо пройти по всему категориальному ряду, не долбя одно только "труд" да "труд",всяко наполняя эту куцую абстракцию своими соображениями. В "Капитале" , включая 3ий том, этот ряд включает в частности категорию "всеобщий труд". Ее развитием и операционным наполнением в отношении соц.производства много занимался Побиск Кузнецов. С начальными замечаниями по этой теме можно ознакомиться в "Диалектике абстрактного и конкретного..." Э.В. Ильенкова с комментами Побиска, по данной ссылке.
http://situation.ru/app/rs/lib/ilienkov/ilienkov6_04.htm
Побиск в телеграфном стиле пишет (текст ЭВИ, комменты Побиска)
(цитаты по ДАК , часть 5ая и 6ая)
...Если взять теоретическое представление из первого тома "Капитала" и непосредственно, лицом к лицу столкнуть его с теоретическими положениями из третьего тома того же "Капитала", то окажется, что между ними по-прежнему сохранилось отношение "логического противоречия".
* * *
(ПК! Это очень ценное указание - именно в третьем тому встретят
ся ДВА ТРУДА - АБСТРАКТНЫЙ и ВСЕОБЩИЙ! А это действительно разные исходные пункты теории. Фактически Маркс НЕ РЕШИЛ, а лишь ПРАВИЛЬНО ПОСТАВИЛ ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ. Трудность решения находилась не в Логике, а в ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ ФИЗИКЕ! По этой причине "правоверных марксистов-политэкономов" просто НЕ СУЩЕСТВУЕТ. )..

* * *
Как выглядит эта реальная проблема в развитии политической экономии?
Это ясно прослеживается на категории "труд" и не связанной с нимкатегории "стоимости".
Поскольку категория стоимости закладывается в фундамент всей теории и служит теоретическим основанием всех остальных обобщений, поскольку от понимания "труда" как субстанции "стоимости" зависит теоретическое понимание всех остальных явлений товарно-капиталистической системы.
ПК !!!!
Верно ли суждение: "субстанцией стоимости является труд?" Нет.
ПК !!!!
Это теоретическое суждение равноценно по своей теоретической значимос ти суждению - "человек есть по своей природе частный собственник...
Маркс прекрасно показал, в чем тут дело. Исторически преходящее
свойство труда принято здесь за характеристику, выражающую его внутреннюю природу. Создает стоимость далеко не всякий труд, далеко не всякая исторически-конкретная форма труда, - подобно тому, как частным собственником является не человек как таковой, а исторически-конкретный человек - человек внутри определенной, исторически конкретной формы общественного бытия.
Но как различить то, что принадлежит исторически конкретной форме существования человека - от того, что принадежит ему как человеку вообще?
Ответ на этот вопрос может дать только дальнейший анализ той реальности, о которой выносится теоретическое суждение, с точки зрения всей практики человечества.
* * *
(ПК! Этот ответ получил - Олег Михайлович Юнь, дав
определение "первой человеческой потребности" - "потребности в совер-шенствовании орудий ТРУДА"! Но совершенствование орудий труда - АКТ ТВОРЧЕСТВА, ИЗОБРЕТЕНИЕ и ОТКРЫТИЕ - а это определяет не абстрактный труд, который рассматривался в "Капитале", как субстанция стоимости, а ВСЕОБЩИЙ ТРУД! Да, Олег говорит, что это есть у Маркса, но много чего еще есть у Маркса, что еще не стало достоянием ЧЕЛОВЕЧЕСТВА КАК ЦЕЛОГО.)

* * *
(конец цитат из ДАК)
1. Понятие труда как процесса между человеком и природой сиcтемно развито С.Подолинским и далее Кузнецовым.

2. И о влиянии природы Маркс много писал.
Вот пример из работы "ЗАМЕЧАНИЯ К ПРОГРАММЕ ГЕРМАНСКОЙ РАБОЧЕЙ ПАРТИИ", известной у нас как "Критика Готской программы":
;Цитата: первая часть параграфа: "Труд есть источник всякого богатства и всякой культуры".
(Маркс) Труд не есть источник всякого богатства. Природа в такой же мере источник потребительных стоимостей (а из них-то ведь и состоит вещественное богатство!), как и труд

3. " Наука становится производительной силой" - из той же серии,что и "всеобщий труд". Такие утверждения нужно развернуть формульно и суметь применить в ходе анализа конкретной инженерной проблемы
В книге (OКП), которая выложена на ситуейшн.ру, http://situation.ru/app/j_art_187.htmПобиск и использует категорию всеобщего труда при анализе транспортной системы СССР. Прямо в заголовки там вынесено,чтоб дошло. Цитата

книга ОКП, часть 3, стр. 33 и далее
3.1. ВСЕОБЩИЙ ТРУД КАК КАТЕГОРИЯ ТВОРЧЕСКОГО ТРУДА
...3.2. ИДЕЯ, ЗАМЫСЕЛ, ПРОЕКТ - ФОРМЫ РЕЗУЛЬТАТОВ ВСЕОБЩЕГО ТРУДА
"Все научно-технические идеи сравнимы между собой по их влиянию на темпы роста производительности труда в системе общественного производства.
В силу этого обстоятельства основной проблемой использования закона роста производительности труда и является измерение результатов всеобщего труда. В своей простейшей форме эта связь характеризуется сокращением общественно необходимого времени на удовлетворение одной и той же потребности. В приведенном выражении, которое получено из (2.17), удовлетворение одной и той же потребности означает постоянство потока энергии при сохранении неизменной численности. Если та же самая величина потока обеспечивает ту же потребность общества, а численность сокращается, то мы имеем дело с ростом производительности труда."

...


А.Серегин
Щеглову
======================

Еще забыли про категорию общественно необходимых затрат, без которой теория стоимости не строится.

кроме ОНЗТ нужно еще дать модель обращения товаров и капитала, простого и расширенного производства. Маркс все эти модели дал и описал - сильно к ним не придерешься. Даже монетаристы их признают, но в своей интерпретации.

Щеглов Сергей Игоревич

Давайте уточним, о какой "стоимости" вообще идет речь. Если о МАРКСОВОЙ стоимости, то дискуссии о том, что ее может якобы создавать капитал, попросту неуместны: у Маркса стоимость создает труд как деятельность по созданию предназначенных для обмена товаров, и ничего больше. Если о НЕ-МАРКСОВОЙ стоимости, то нужно построить НЕ-МАРКСОВУ модель, включающую марксову как частный случай. Тогда можно будет разложить по полочкам: здесь марксова модель хорошее приближение, здесь - не очень, а здесь (E=mc2) и вовсе никуда не годится.

По Марксу, повышение капиталовооруженности ведет не к увеличению создаваемой в обществе стоимости, а к ее УМЕНЬШЕНИЮ (т.к. при том же уровне потребления - а оно быстро не растет - переход на новые технологии вызывает попросту сокращение занятости, т.е. рост безработицы - т.е. уменьшение суммарных общественных трудозатрат - уменьшение стоимости). Вот Вам пример силы "неправильной модели": кейнсианская спираль, предсказанная за полвека до Кейнса! В пределе при бесконечной капиталовооруженности занятость падает до нуля, пиццу производят роботы, безработные живут на пособия, стоимости вообще не создается, рыночный обмен прекращается - и это и есть закономерный конец капитализма. Похоже на современный мир? Еще как похоже!

Когда Вы пишете, что "бульдозерист создает больше добавленной стоимости, чем землекоп", совершенно очевидно, что Вы имеете в виду ПОТРЕБИТЕЛЬНУЮ стоимость. Для правоверного марксиста подобное утверждение - лакомый кусочек, он тут же начинает задавать вопросы: а ремонт бульдозера кто оплачивает? а солярку? а амортизацию? а транспортный налог?... и далее, см. главу пятую, где Маркс вдоволь поиздевался над теорией прибыли как оплаты за услуги капиталиста (капитала).

10:39 Сергей Пуденко

Будете сильно ругаться, вместо Маркса буду Побиска читать :)

>ПК! Это очень ценное указание - именно в третьем тому встретять-
ся ДВА ТРУДА - АБСТРАКТНЫЙ и ВСЕОБЩИЙ! А это действительно разные исходные пункты теории.

Доберусь до третьего тома, посмотрим. Пока же я не вижу проблем с использованием модели, основанной на "абстрактном труде". Реальные-то капиталисты именно по ней и живут: четко понимая, что прибыль зарабатывается на эксплуатации, повышая производительность труда, и так далее. А на "всеобщий труд" плюют с высокого дерева, почему я и повторяю: "первый контур" марксовой модели - это неправильная модель, ПРАВИЛЬНО описывающая неправильное общество.



(Рассуждение двенадцатое -1)
Теперь я хочу вернуться обратно к марксовой модели. Мы помним, что стоимость товара есть общественно-необходимые затраты на его производство; но затраты В КАКОЙ МОМЕНТ?! В момент фактического создания товара -или же в момент, когда мы задаем вопрос об его стоимости? Для средств производства, служащих годами и десятилетиями, это вопрос совсем не праздный -а потому я считаю полезным привести точку зрения самого Маркса:

«Предположим, что фунт хлопка стоит сегодня 6 пенсов и что завтра вследствие неурожая хлопка цена его повышается до 1 шиллинга. Прежний хлопок, который продолжают обрабатывать, куплен по стоимости в 6 пенсов, но присоединяет теперь к стоимости продукта часть в 1 шиллинг».

Таким образом, даже в рамках «первого контура» своей модели Маркс уже считает стоимость ТЕКУЩЕЙ, а не исторической величиной. Те средства производства, которые могут быть воспроизведены сегодня с меньшими затратами, теряют свою стоимость -а те, воспроизводство которых затруднено (уникальные сооружения) или вовсе невозможно (присвоенные в собственность участки земли) могут, напротив, расти в цене буквально до бесконечности. Запомним этот момент (я надеюсь, что он рано или поздно пригодится нам в решении проблемы стоимости финансовых активов).

Ну а теперь обратимся к марксовой теории эксплуатации. Зафиксировав понятия «постоянного» и «переменного» капиталов:

«... та часть капитала, которая превращается в средства производства, т.е. в сырой материал, вспомогательные материалы и средства труда, в процессе производства не изменяет величины своей стоимости. Поэтому я называю ее... постоянным капиталом.
Напротив, та часть капитала, которая превращена в рабочую силу, в процессе производства изменяет свою стоимость... Поэтому я называю ее ... переменным капиталом».

Маркс добавляет к ним «прибавочную стоимость» и приходит к своей знаменитой формуле К’ = c + v + m. Отсюда один лишь шаг до определения «нормы прибавочной стоимости»:

«... m/v... Это относительное возрастание переменного капитала, или относительную величину прибавочной стоимости, я называю нормой прибавочной стоимости».

Зададимся вопросом: а ЗАЧЕМ Марксу эта «норма прибавочной стоимости»?! Зачем разделение «рабочего дня» на «необходимый труд» (v) и «прибавочный труд» (m)? Почему

«... важно для познания прибавочной стоимости рассматривать ее просто как... овеществленный прибавочный труд»?

Маркс не ленится привести подробный, на две страницы пример, как следует вычислять необходимый и прибавочный труд (исходные данные, как указано в примечании, «сообщены одним манчестерским фабрикантом» - видимо, Энгельсом). Неужели же только для того, чтобы с пафосом констатировать:

«Рабочий более половины своего рабочего дня употребляет на производство прибавочной стоимости, которую различные лица под различными предлогами распределяют между собой»?


(Рассуждение двенадцатое -2)
Дальнейшее чтение показывает, что Маркс ничего не делает просто так. Подробные инструкции по вычислению необходимого и прибавочного времени нужны Марксу прежде всего потому, что на момент написания «Капитала» в Англии господствовали совершенно иные представления о процессе производства стоимости. Считалось, что труд создает ВСЮ ЦЕЛИКОМ стоимость вновь произведенного товара, уничтожая при этом стоимость исходного сырья и средств труда, а следовательно рабочий ДОЛЖЕН ОТРАБОТАТЬ эту самую стоимость прежде, чем ему позволят работать на самого себя и в самом конце -немножко на хозяина. Вместо эксплуатации в 100%, как у Маркса, по этой теории получались какие-то 10-15%, из-за которых устраивать коммунистическую революцию было бы как-то несерьезно. Ничего удивительного, что Маркс потратил несколько страниц, чтобы раскритиковать подобные воззрения (а именно, «теорию последнего часа» Сениора):

«Не подлежит никакому сомнению, что если вы заставите работать своих рабочих 13 часов вместо 11 ? и излишние 1 ? часа просто присоедините к прибавочному труду, то... норма прибавочной стоимости повысится со 100% до 126 2/23 %. Но вы слишком безумные сангвиники, если вы надеетесь, что вследствие присоединения 1 ? часов она увеличится с 100% до 200%...»

(Вопрос вычисления «нормы эксплуатации» стоял в 19 веке весьма остро -в связи с выступлениями рабочих за сокращение рабочего дня и ответными аргументами капиталистов о невозможности такого сокращения из-за падения прибыли до нуля. Как это похоже на причитания российских олигархов о невозможности ведения бизнеса при честной уплате налогов!)

Итак, Маркс ввел понятие «норма прибавочной стоимости». Рассчитать ее (оставаясь в рамках предположения, что цены равны стоимостям) -плевое дело: достаточно выделить в продукте издержки, зарплату и прибыль до налогообложения. Что же дальше? Для чего Маркс планирует использовать новое понятие?
А для того самого, ради чего и создавался весь «первый контур» марксовой модели. Для выведения ЗАКОНОВ ДВИЖЕНИЯ КАПИТАЛИЗМА. Седьмая и девятая главы «Капитала» ЗАВЕРШАЮТ построение абстрактной модели; дальше следует ее развертывание на громадном фактическом материале, ее КОНКРЕТИЗАЦИЯ. И первый пример такой конкретизации -восьмая глава «Капитала», глава, посвященная продолжительности рабочего дня.
(Всем сомневающимся в искренности марксового убеждения в трудовой теории стоимости я рекомендую прочитать одну только 8-ю главу «Капитала». Все ваши сомнения отпадут раз и навсегда! Маркс рисует столь душераздирающую картину «выцарапывания» капиталом каждой лишней минуты рабочего времени, что непредвзятый читатель невольно проникается убеждением: вот он, источник всякого богатства -нещадная эксплуатация рабочего класса!)
Обратите внимание, что Маркс по-прежнему выдерживает принятую логику изложения: от абстрактного (совершенно формальное разделение труда на необходимый и прибавочный, формальная -и непонятно от чего зависящая! -«норма прибавочной стоимости») к конкретному: к различным формам организации производства, ВОЗМОЖНОСТЬ которых вытекает из абстрактной модели, а их ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ обнаруживается в самой повседневной практике. Действительно, какими способом капиталист может увеличить получаемую прибавочную стоимость? Либо увеличить прибавочное время -либо уменьшить необходимое; третьего не дано! И Маркс сначала подробно, на 60 страницах рассматривает всевозможные уловки по увеличению продолжительности рабочего дня (а следовательно, и прибавочного времени) -а потом переходит ко второй возможности, к уменьшению необходимого времени путем снижения стоимости рабочей силы.


(Рассуждение двенадцатое -3)
Сначала Маркс формулирует в короткой 9 главе несколько «законов», касающихся нормы прибавочной стоимости.
Прежде всего, это закон, прямо использующий понятие «нормы прибавочной стоимости» для описания цели капиталистического производства:

«первый закон: масса производимой прибавочной стоимости равна величине авансированного переменного капитала, помноженной на норму прибавочной стоимости...»

Далее следует четкая формулировка ОГРАНИЧЕННОСТИ «лобового» увеличения нормы прибавочной стоимости через удлинение рабочего дня:

«Абсолютная граница рабочего дня, который по природе всегда меньше 24 часов, образует абсолютную границу для компенсации уменьшения переменного капитала увеличением нормы прибавочной стоимости...»

Таков второй «закон» нормы прибавочной стоимости, из которого прямо следует, что на определенном этапе капитализм ОБЯЗАН сменить направление своего развития (от «потогонного» производства к повышению производительности труда) -иначе не видать ему прибыли!

А вот дальше Маркс очень сильно забегает вперед, формулируя парадоксальный «третий закон»:

«... производимые различными капиталами массы стоимости и прибавочной стоимости, при данной стоимости и одинаковой степени эксплуатации рабочей силы, прямо пропорциональны величинам переменных составных частей этих капиталов...»
«Этот закон явно противоречит всему опыту, основанному на внешней видимости явлений... Для разрешения кажущегося противоречия требуется еще много промежуточных звеньев...»

Во времена Маркса уже было прекрасно известно, что средняя норма прибыли никак не зависит от «переменных частей капитала», а зависит исключительно от капитала в целом. Однако Маркс тем не менее формулирует свой «третий закон прибавочной стоимости», и даже отмечает:

«... он вообще представляет собой необходимое следствие закона стоимости».

Зададимся вопросом: а зачем Маркс так рано (9-я глава всего!) и так четко формулирует закон, ЯВНО противоречащий здравому смыслу? Разве не лучше было бы вывести его позднее, изложив сперва все необходимые «промежуточные звенья»?
Мы в очередной раз сталкиваемся с особенностью ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО мышления Маркса. Он прекрасно понимает, что имеет дело с АБСТРАКТНОЙ МОДЕЛЬЮ, и потому совершенно спокойно делает из нее все возможные логические выводы. Далее они будут проверены практикой -и тогда только приобретут статус КОНКРЕТНОЙ ИСТИНЫ. При написании 9-ой главы «Капитала» Маркс УЖЕ ЗНАЛ содержание всех четырех томов своего труда -а потому совершенно спокойно делал выводы, на первый взгляд противоречащие здравому смыслу. Он знал, что практическая проверка подтвердит именно ЕГО модель -потому что УЖЕ произвел эту проверку.
(Здесь я хочу заметить, что подобный способ изложения -формулировка выводов, на первый взгляд противоречащих здравому смыслу, но все же оказывающихся верными при последующем анализе, - является очень мощным ДИДАКТИЧЕСКИМ средством. Легко забыть истину банальную, очевидную; но логическое противоречение, а тем более РАЗРЕШЕННОЕ противоречие, остается в памяти навсегда. Читатель, осиливший несколько сотен страниц марксовых текстов, подпадает под очарование этой манеры изложения -и начинает относиться к противоречиям не как к ошибкам, а как к загадкам, ждущим своего решения. К сожалению, не все противоречия заслуживают подобного «диалектического» отношения; «бывают и просто сны» (Фрейд), бывают и настоящие ошибки!)


(Рассуждение двенадцатое -4)
Далее Маркс разделяет «прибавочную стоимость» на две разновидности, в зависимости от способа ее получения: на «абсолютную» и «относительную» прибавочные стоимости:

«Прибавочную стоимость, производимую путем удлинения рабочего дня, я называю абсолютной прибавочной стоимостью. Напротив, ту прибавочную стоимость, которая возникает вследствие сокращения необходимого рабочего времени... я называю относительной прибавочной стоимостью».

Сокращение необходимого рабочего времени возникает вследствие повышения производительности труда:

«Под повышением производительной силы труда мы понимаем здесь всякое вообще изменение в процессе труда, сокращающее рабочее время, общественно необходимое для производства данного товара, так что меньшее количество труда приобретает способность произвести большее количество прибавочной стоимости».

Обратите внимание: повышение производительности труда в общем случае УВЕЛИЧИВАЕТ потребительную стоимость, производимую обществом, и УМЕНЬШАЕТ стоимость отдельных товаров. Далее Маркс на конкретном примере показывает, что измерение производительности труда в СТОИМОСТНОМ (=денежном) выражении вообще говоря НЕПРАВИЛЬНО:

«... если капиталист, применивший новый метод, продает свой товар по его общественной стоимости... он продает его ... выше его индивидуальной стоимости и таким образом реализует <получает -С.Щ.> добавочную прибавочную стоимость»
«Но, с другой стороны, эта добавочная прибавочная стоимость исчезает, как только новый способ производства приобретает всеобщее распространение...»

Так вот: пока «добавочная прибавочная» стоимость не исчезла, производительность труда еще можно измерять, деля общественную стоимость на индивидуальную и тем самым получая 2-3 рост «производительности труда». Но при сравнении двух разных обществ или разных эпох одного и того же общества сравнивать производительности труда можно только путем сопоставления затрат времени (по Марксу -РАБОЧЕГО ВРЕМЕНИ) на производство одинаковой ПОТРЕБИТЕЛЬНОЙ СТОИМОСТИ. А если учесть при этом не только рабочее время по производству самой потребительной стоимости, но и все сопутствующие данному производству затраты (например, на адвокатов и страховщиков), то еще неизвестно, сильно ли современное производство обгоняет по производительности индейцев бассена Амазонки. По крайней мере, по свидетельствам П.Фоссета и Т.Маккены, европейцы, поселившиеся среди индейцев, получали возможность жить в свое удовольствие, практически не работая -и нипочем не хотели менять эту возможность на мифические «блага цивилизации».

Резкое повышение производительности труда при капитализме возникает вовсе не из-за внезапно возникшего у человечества желания «жить лучше», а по куда более прозаичной причине:

«Стоимость товаров обратно пропорциональна производительной силе труда.... Напротив, относительная прибавочная стоимость ПРЯМО <выделение мое -С.Щ.> пропорциональна производительной силе труда».

Чем эффективнее работает человечество при капитализме, тем БОЛЬШАЯ часть рабочего времени овеществляется в виде прибавочной стоимости, и тем МЕНЬШАЯ -в виде стоимости рабочей силы. Этот вывод с необходимостью следует из «первого контура» марксовой модели -и полностью согласуется с практикой 19 века. Феномен накопления общественного богатства исключительно в форме КАПИТАЛА (а никак не благосостояния рабочих, до конца 19 века живших на грани голодной смерти) получил свое теоретическое обоснование. Абстрактная модель прошла первую практическую проверку и выдержала ее с честью.




До половины только первый том дочитал, а уже лучше Маркса знаю, что такое капитал :) Нет, так дело не пойдет: надо разобраться, как дедушка к КОНКРЕТНОМУ переходил, от абстракций-то!

(Рассуждение тринадцатое, несчастливое - 1)
В начальных десяти главах «Капитала» Маркс фактически завершает «первый контур» своей модели (для многих «марксистов» остающийся также и единственным; позднее я надеюсь разобраться с якобы имеющими место «противоречиями» между 1 и 3 томами «Капитала» и выяснить, насколько полно представлял себе Маркс «второй контур» модели, для которого характерно СИСТЕМАТИЧЕСКОЕ ИСКАЖЕНИЕ закона стоимости). Дальнейшие главы первого тома (а это целых 400 страниц порой весьма мелкого текста) посвящены уже КОНКРЕТИЗАЦИИ основных положений модели.
Несчастливость данного рассуждения заключается в том, что с этого момента я вынужден отойти от последовательного чтения «Капитала» страница за страницей: занятие это стало бы уже совершенно скучным, а потому - бессмысленным. Поэтому я поступлю иначе: сначала сделаю некий обзор материала, изложенного Марксом в очередных разделах, а потом подробно разберу наиболее интересные (на мой взгляд) движения его теоретической мысли. Итак, в ближайших разделах «Капитала»:

1) Главы 11 - 13 посвящены истории развития капиталистического способа производства (в которой основное внимание уделено машинному производству, создающему - впервые в истории человечества! - огромные массы ЛИШНИХ людей, безработных, не имеющих никаких средств к существованию); наиболее интересным здесь является следующее замечание:

«То, что на изготовление товара должно быть затрачено лишь общественно необходимое рабочее время, при товарном производстве вообще выступает как внешнее принуждение конкуренции... Между тем в мануфактуре изготовление данного количества продукта в течение данного рабочего времени становится техническим законом самого процесса производства».

Фактически, Маркс вплотную подходит к РЕСУРСНО-БАЛАНСОВОМУ пониманию стоимости! Затратить больше рабочего времени, чем необходимо, означает для отдельного предпринимателя понести убытки, сопоставимые с самим этим временем; а вот та же самая растрата времени ВНУТРИ крупного производства может повлечь за собой значительно большие потери - поскольку здесь нет другой возможности получить промежуточный продукт, кроме как от собственного же подразделения. Внутри «фирмы» действует «зачет по последнему», и этот «отрицательный эффект масштаба» вот уже два века благополучно препятствует полной монополизации всей экономики в одних руках.
Жаль, что подобные гениальные прозрения были принесены Марксом в жертву железной логике классовой борьбы. Развитие данной идеи слишком быстро пришло бы к противоречию со знаменитым «противоречием» между общественным характером производства и частным способом присвоения.

2) В главе 14 резюмируется основное отличие капиталистического способа производства от предшествующих ему - отличие заключается как раз в производстве ОТНОСИТЕЛЬНОЙ прибавочной стоимости (не случайно 13 глава, посвященная повышению производительности труда с помощью повсеместного применения машин, - самая длинная в первом томе); фактически, эта глава содержит наиболее ясное изложение СУТИ марксовой модели; здесь же вводится новое понимание «производительного труда»:

«... для того, чтобы трудиться производительно, нет необходимости непосредственно прилагать свои руки; достаточно быть органом совокупного работника, выполнять одну из его подфункций», -

которое показывает, что Маркс прекрасно понимал разницу между физическим трудом и собственно производительным трудом как любой не-свободной деятельностью человека. {>>}

(Рассуждение тринадцатое, несчастливое - 2)
3) В главе 15 Маркс рассматривает изменения в стоимости рабочей силы, вызываемые изменениями в производительности и интенсивности труда; новое обращение к понятию «интенсивности» вызвано здесь тем обстоятельством, что чуть позже Маркс будет рассматривать такую форму оплаты рабочей силы, как ПОШТУЧНАЯ (сдельная) заработная плата; при этом возникает очевидная проблема (стоимость рабочей силы, вообще говоря, весьма опосредованно зависит от интенсивности труда отдельного работника, а вот сдельная зарплата - зависит напрямую), явно неразрешимая в пределах «первого контура» модели; поэтому Маркс вновь вынужден рассматривать проблему в масштабах ВСЕГО общества:

«Если бы интенсивность труда поднялась во всех отраслях промышленности одновременно и равномерно, то новая повышенная степень интенсивности стала бы обычным общественно нормальным уровнем...»

(мне кажется, уже нет необходимости лезть в 3-ий том, чтобы убедиться - «закон стоимости» используется Марксом только применительно к ЭКОНОМИКЕ В ЦЕЛОМ, в пределах же отдельных производств и отраслей отклонения от него вполне допускаются; по этому поводу Маркса и критиковал Бем-Баверк, каковую критику я чуть позже рассмотрю подробней).

Здесь же следует отметить одну ЯВНУЮ ОШИБКУ Маркса (под «ошибкой» я подразумеваю высказывания, явно противоречащие логике САМОЙ марксовой модели):

«Более интенсивный рабочий день одной нации выражается в более крупной сумме денег, чем менее интенсивный рабочий день другой нации».

Коль скоро речь идет о ЕДИНЫХ «деньгах», то обе эти нации должны рассматриваться как часть единой экономики, в которой существует единое же общественно-необходимое время, требуемое для производства «продукта одного дня». Большая «интенсивность» труда у одной нации может запросто оказаться большей ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬЮ, позволяющей получать ДОБАВОЧНУЮ прибавочную стоимость и как следствие - «более крупную сумму денег». На мой взгляд, ошибка эта вполне закономерна: понятие «интенсивности» (равно как и понятие самого «труда») никак не определено в рамках марксовой МОДЕЛИ (стоимость - рабочая сила - прибавочная стоимость), а потому ее использование неизбежно порождает подобные проблемы. Вот конкретный пример того пункта, где «Капитал» ЯВНО нуждается в доработке и развитии; и у меня крепнет подозрение, что по мере конкретизации первого контура модели подобных нестыковок будет появляться все больше и больше.

4) В главе 16 Маркс приводит «различные формулы прибавочной стоимости», в которой интересны не сами формулы, а короткое замечание:

«... капитал есть не только командование над трудом, как выражался А.Смит. Он по существу своему есть командование над неоплаченным трудом».

5) Далее, в главах 17-20 Маркс рассматривает вопросы заработной платы, возвращаясь к различию между трудом и рабочей силой. Здесь, в 17 главе, содержатся новые аргументы против трактовки заработной платы как «цены труда»:

«... если бы рабочий сумел придать своему труду самостоятельное существование, он продавал бы созданный трудом товар, а не труд»,

«Труд есть субстанция и имманентная мера стоимостей, но сам он не имеет стоимости».

Добавлю, что тот факт, что труд не имеет стоимости, с очевидностью вытекает из самой марксовой модели: в ней точно (через исходное понятие «стоимости») определены понятия «рабочей силы» и «прибавочной стоимости», но никак не определен сам «труд». Это создает определенные проблемы для понимания (как это труд может быть источником стоимости, если он не определен в рамках модели?!), но методологически совершенно верно: какой смысл вводить два понятия, означающие по-сути одно и то же (стоимость = затраченный труд, труд = субстанция стоимости)?!

Ну вот, а далее рассмотрим эти и некоторые другие идеи Маркса подробнее. {>>}

Сергей Пуденко

------------------------------
Секрет с дефинициями труда в Капитале ИМО в "закнутости"(самосогласованности)трех вещей,о которых пишет Ю.Бородай. А разгадка - в том самом определении труда по Подолинскому-Кузнецову, которое кантианец и культурель Бородай взыскует, но никаких "конкретных изучений фактов" он провести не способен.
http://situation.ru/app/j_art_219.htm

Кузнецов 20 лет сначала развивал системы типа жизнь, потом их подвид - труд по Подолинскому , сначала - энергоэнтропический подход(фотосинтез, человек и социум как "усилители мощности" с видимым кпд более 100проц), потом - применение к социуму , в итоге - политэк труда без этого обязательного у культурелей "труд -это целесообразная деятельность человека-индивида". .
http://situation.ru/app/j_art_240.htm

Долго эту цепочку еще тянуть, но цимис в ней. А если оставить as is самосогласованность, то можно пока оставить за кадром подолинскиаду и пахать по марксовому.

Ю.Бородай, 1994г . Умный, не материалист , человек из около-ильенковского круга.

-----------------
и Марксу было
ясно, что бессознательно-рефлекторная
"деятельность" животных вовсе не
является трудом. Труд - это
"целесообразная деятельность"
(Маркс). Целесообразная - значит: "В
конце процесса труда получается ре-
зультат, который уже в начале этого
процесса имелся в представлении
человека, т.е. идеально" (т.23,
с.189; курсив мой. - Ю.Б.). Иными
словами, труд "с самого начала"
(Маркс) предполагает сознание (неверно -идеальное -СП) в
качестве необходимого момента своей
целостности, а сознание в свою
очередь предполагает в качестве
предпосылки социальную связь
(сознание немыслимо без языка, но
язык - изначально социальное
явление). Таким образом выявляется

на антропогенезе круг замыкается; все
три стороны целостной человеческой
реальности (сознание(идеальное,млин -СП) социум, труд)
оказываются здесь одновременно и
предпосылками, и следствиями друг
друга.
Конечно, если эта целостность уже
"положена", то в своем "самодвижении"
она может выявлять и исторически
определяющее свое звено. Так Маркс
доказывал, что данный способ
производства (капиталистический)
определяет ("порождает") и
исторически соответствующие ему
конкретные формы объединения людей и
даже их сознания. Подчеркнем:
исторически определенные формы, типы
общества и сознания, но не само об-
щество и сознание как таковые. .. сознание, в
гносеологическом смысле этого слова,
вместе с трудом и социальной связью
как таковыми, требует единого генети-
ческого "выведения", ибо нет труда
без сознания, так же как нет и
сознания вне социального объединения
людей.
При этом, разумеется,
подлинно генетическое "выведение"
нельзя подменять умозрительно-
философским "выведением" категорий,
оно должно опираться прежде всего на
конкретное изучение фактов.

------------------
Щеглов
Поди уж и забыли, что дедушку надо читать? А надо!

Рассуждение четырнадцатое -1

Конкретизацию своей моделий («восхождение к конкретному») Маркс начинает с рассмотрения организации капиталистического производства, которое

«... начинается на деле с того момента, когда один и тот же индивидуальный капитал занимает одновременно многих рабочих».

Отличие капиталистической организации «многих рабочих» от не-капиталистической вытекают из самой сущности капитала:

«... движущим мотивом и определяющей целью капиталистического производства является возможно большее самовозрастание капитала...».

В отличие от цивилизаций древности, использовавших прибавочное рабочее время рабов и «несельскохозяйственных рабочих» на создание циклопических сооружений (вроде египетских пирамид или Тадж-Махала), капиталистическая цивилизация использует его исключительно для получения ПРИБЫЛИ. При этом

«... повысившаяся благодаря кооперации общественная производительная сила труда представляется производительной силой капитала»,

поскольку именно капитал (подобно царям древности) собирает вместе большое количество рабочих.

На этом замечательном высказывании стоит остановиться подробнее. Во-первых, Маркс совершает здесь явную ПОДМЕНУ: да, непосредственный эффект в повышении производительности труда дает кооперация; но благодаря ЧЕМУ она становится возможной в современных, поистине массовых масштабах? Именно благодаря КАПИТАЛУ, этой над-человеческой сущности, этому особому способу существования человеческого общества! Маркс-ученый в очередной раз уступает слово Марксу-политику, с очевидным ущербом для науки. Впрочем, если бы не эти постоянные отступления -как знать, как сложилась бы судьба «Капитала» и самого Маркса; быть может, имя его потерялось бы где-то между Рикардо и Вальрасом.

Во-вторых, Маркс говорит об ОБЩЕСТВЕННОЙ производительной силе труда. Я еще раз подчеркиваю это обстоятельство: каждый раз, когда Маркс говорит о труде, он говорит о нем как об ОБЩЕСТВЕННОМ явлении, как о некоем ОБЩЕМ процессе. Далее, рассматривая проблему интенсивности труда, мы увидим, как отступление от этого принципа приводят Маркса к серьезным противоречиям в изложении; сейчас же отметим, что любое изменение в производительности ОТДЕЛЬНОЙ мастерской есть изменение в производительности ВСЕГО общественного труда -а тем самым изменение и в стоимости ВСЕХ без исключения товаров.

Широко используя разделение труда, капиталистический способ производства приводит к необходимости СОИЗМЕРЯТЬ темпы выполнения отдельных трудовых операций, а следовательно -создает ОБЪЕКТИВНЫЕ предпосылки для количественной оценки этого самого «общественного труда». Я уже приводил цитату о мануфактурном производстве, в котором появляется «необходимое» время на совершение отдельных работ -время, которое любой капиталист (а точнее, его управляющий) просто ВЫНУЖДЕН точно рассчитывать и тщательно контролировать. Но рассчитывать именно ВРЕМЯ, а вовсе не «затрату человеческих сил»! Словно осознавая свое упущение, Маркс тут же добавляет: «и, в особенности, интенсивность труда» - перекидывая мостик от рабочего времени к «эксплуатации», к принуждению рабочих напрягать все свои силы ради куска хлеба. У меня возникает предположение, что во времена Маркса сама по себе обязанность проводить 10-15 часов в сутки «на работе» еще не осознавалась «пролетариатом» как какая-то особая «эксплуатация», и для пропаганды требовались более сильнодействующие аргументы. Таким аргументом и стало увеличение ИНТЕНСИВНОСТИ труда по мере развития капитализма - увеличение, не вполне очевидное уже во времена Маркса и уж вовсе не наблюдающееся в наши дни.

(Рассуждение четырнадцатое -2)

Отличие капиталистического способа производства от до-капиталистического ярко проявляются в изменившемся характере РАЗДЕЛЕНИЯ ТРУДА. Если в традиционных обществах (Маркс подробно описывает индийскую общину, тысячелетиями сохранявшую один и тот же набор профессий) разделение труда происходит между отдельными независимыми работниками -

«... каждый отдельный ремесленник... выполняет все относящиеся к его профессии операции... совершенно самостоятельно, не признавая над собой никакой власти в пределах мастерской»,

то на капиталистической фабрике разделение труда доходит до такого уровня специализации, при котором труд каждого отдельно взятого работника не создает никакого конечного продукта:

«... частичный рабочий не производит никакого товара. Лишь общий продукт многих частичных рабочих превращается в товар».

Из этого простого различия вытекает сразу несколько следствий. Во-первых, традиционные общества отличаются куда большей УСТОЙЧИВОСТЬЮ к всевозможным политическим и экономическим потрясениям:

«Простота производственного механизма... объясняет тайну неизменности азиатских обществ, находящейся в столь резком контрасте с постоянным разрушением и новообразованием азиатских государств и быстрой сменой их династий».

Капитализм представляет собой куда МЕНЕЕ устойчивую организацию общества, разрушающуюся в эпоху кризисов (гражданские войны, Великая депрессия, перестройка) практически до основания. Чтобы снова заставить капитализм «работать», каждый раз требовалось серьезное вмешательство государства -сами по себе вчерашние рабочие неспособны снова объединиться в мануфактуры и фабрики. Однако меньшая устойчивость капитализма сторицей окупается за счет его БОЛЬШЕЙ ЭФФЕКТИВНОСТИ:

«Если в мануфактуре железный закон количественных отношений или пропорциональности подчиняет определенные рабочие массы определенным функциям, то на распределение товаропроизводителей и их средств производства между различными общественными отраслями труда оказывает влияние игра случая и произвол».

Фактически, здесь Маркс снова отмечает рождающееся вместе с самим капитализма ПРОТИВОРЕЧИЕ: будучи порождением СВОБОДНОГО (то есть -стихийного и произвольного) обмена товаров, капитализм способен развиваться, лишь УНИЧТОЖАЯ ПРОИЗВОЛ внутри фабричной организации производства. Развитие капитализма -это «путь к рабству», к рабству у его Величества прибыли, от которого нет спасения ни рабочему, ни самому капиталисту. Заменяя произвол общественного разделения труда плановостью фабричного производства, капитализм достигает (за счет внесения РАЗУМА в производственную деятельность) невиданной до его появления производительности -но теряет при этом человеческую СВОБОДУ. Отсюда с полной очевидностью следует вывод о необходимости СОЕДИНЕНИЯ достижений капитализма с родовой сущностью человека (свободой, творчеством или чем-то иным), о необходимости перехода на следующую ступень общественного развития, в которой свобода станет наконец ОСОЗНАННОЙ, то есть РАЗЛИЧАЮЩЕЙ необходимость и произвол.

(По этому поводу я дополнил бы пресловутую фразу насчет свободы: подлинная свобода есть осознанная необходимость -осознанная для того, чтобы не расшибать об нее лоб и тем самым действительно идти, куда хочется).


(Рассуждение четырнадцатое -3)

Несвобода капитализма получает в пору его расцвета ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ выражение. Маркс находит его в расцвете политической экономии, учении о «богатстве народов»:

«Мануфактурное разделение труда... есть лишь... метод производить относительную прибавочную стоимость или усиливать за счет рабочего самовозрастание капитала, что обычно называют общественным богатством, «богатством народов» и т.д.»

Богатство, понятое как самовозрастающая стоимость, приходит на смену богатству как ПОТРЕБИТЕЛЬНОЙ стоимости. Это богатство, этот КАПИТАЛ становится основной жизненной ценностью для активной части общества (взамен ЗНАТНОСТИ в широком смысле, ценности традиционных обществ). Накопление и улучшение СРЕДСТВ ПРОИЗВОДСТВА внезапно оказывается ЖИЗНЕННО ВАЖНЫМ для наиболее активной части человечества -и стоит ли удивляться, что в течение считанных десятилетий в капиталистической Европе происходит ПРОМЫШЛЕННАЯ РЕВОЛЮЦИЯ?!

На смену мануфактурному производству приходит фабрика, ручные станки заменяются МАШИНАМИ. Маркс, живший в самый разгар промышленной революции, посвящает этим машинам самую длинную главу «Капитала». Машины, разумеется

«... подобно всем другим методам развития производительной силы труда... должны удешевлять товары, сокращать ту часть рабочего дня, которую рабочий употребляет на самого себя, и таким образом удлинять другую часть его рабочего дня».

(Так и хочется воскликнуть -ах, какой нехороший капитал! он и машины-то создает не с целью осчатливить человечество, а исключительно с целью получения прибавочной стоимости! Но если немного подумать, то впору наоборот кланяться капиталу в ножки: ведь до его появления господствующим классам было попросту НАПЛЕВАТЬ на производительность труда, и она тысячелетиями оставалась на одном и том же, практически первобытном уровне. Мне вспоминается А.Дюма, заметивший устами Арамиса, что надежнее полагаться на недостатки людей, чем на их достоинства).

Для создания новых, все более эффективных машин капиталу требуются определенные ЗНАНИЯ. Интересна точка зрения Маркса на «экономику знаний»:

«С наукой дело обстоит так же, как с естественными силами. Раз закон отклонения магнитной стрелки в сфере действия электрического тока или закон намагничивания железа проходящим вокруг него электрическим током открыты, они уже не стоят ни гроша».

Из этого замечания можно сделать вывод, что не только «закон отклонения магнитной стрелки», но и вообще ЛЮБОЙ продукт, на воспроизводство которого уже не требуется затрат рабочей силы, фактически не имеет стоимости -точно так же, как не имеют стоимости вода в реке и ветер в поле. Впрочем, не иметь стоимости и ничего не стоить -совершенно разные вещи; в этой же главе Маркс как бы между делом замечает:

«...ветряные двигатели голландцы заимствовали из Германии, где это изобретение вызвало серьезную борьбу между дворянством, попами и императором из-за того, кому же из них троих "принадлежит" ветер».

(но здесь мы затрагиваем отсутствующие в «первом контуре» модели понятия ренты и собственности). Во времена Маркса еще не существовало понятия «человеческого капитала», и можно было надеяться, что один раз открытые законы физики будут вечно работать на капитал сами по себе, без соответствующих вложений в образование. На деле все оказалось немного иначе, но не будем забегать вперед.

Создание машин экономически оправдано лишь в том случае, если их применение позволяет сократить (прямо или косвенно) затраты труда:

«Производительность машины измеряется той степенью, в которой она замещает человеческую рабочую силу».

Казалось бы, совершенно банальное замечание? Что ж, вспомним, что сама по себе рабочая сила мало интересует капитал; его интересует стоимость рабочей силы. Именно со стоимостью рабочей силы сравнивается производительность машины; с внедрением машин стоимость рабочей силы снижается (удешевляется производство товаров «рабочего потребления»); экономия на машинах снижается вместе с ней; и вот мы совершенно логично приходим к парадоксальному выводу: технический прогресс при капитализме есть процесс с ОТРИЦАТЕЛЬНОЙ обратной связью! Без дополнительных -ВНЕЭКОНОМИЧЕСКИХ! -мер этот прогресс неизбежно должен остановиться. Если сегодня мы живем в мире достаточно развитой техники, то причина тому никак не капитализм, а мировые войны и гонки вооружения. И ведь к подобным выводам приводит едва ли не КАЖДАЯ сточка Маркса! Остается только восхищаться его гению, создавшему столь простую и вместе с тем столь продуктивную модель.


Сергей Пуденко

По поводу роста интенсивности труда всего пару слов.

Продолж-сть рабнедели на фабрике в середине 19в - ок.83 часов, те.е вдвое больше нынешней грубо говоря.
Интенсивность и производительность труда -разные вещи. в первом приближении,рост интенсивности - рост объективно обусловленной напряженности расходования рабсилы. Напряженность,вызванная внепроизводственныеми факторами,при этом исключается.
По этому поводу могу только сходу сказать,что она росла и в 19 и в 20в,что объективно фиксируется ростом норм выработки физ.труда. Например, на ВИФ недавно считали нормы зафиксированные в воинских уставах СССР в начале 30х и 70х. Один и тот же окоп солдат отрывает за нормативное время в 1.3-1.4 раза меньшее чем 50 лет назад.Он стал работать на треть интенсивнее. "Здоровее"(мощнее) стал, но не только. Вкалывая "по норме", расходует силу интенсивней.

В рамках формализма,интенсивность относится к абстрактному труду .
Производительность труда в узком точном смысле относится к конкретному труду

Общим для роста иненсивности и прооизводительности труда является схожий внешний результат - изменение количества созданных за фиксированное время потребительных стоимостей (скорость выработки).
При увеличении ПрТ увеличение выработки связано с ростом эффективности при расходованеми прежнего кол-ва труда (с прежней мощностью рабсилы).
При увеличении интенсивности труда - с ростом "кол-ва труда" в заданное время, с увеличением мощности рабсилы.
При увеличении интенсивности общая величина стоимости увеличивается, ее кол-во в единице товара остается неизменным. В этом смысле, увеличение индивидуальной интенсивности эквивалентно росту сложности труда - более интенсивный труд создает в единицу времени бОльшую стоимость.
В росте интенсивности происходят не только количественные,но и качественные изменения, в сторону расходования "не только тела и крови,но и нервов и мозга рабочих" Капитал, т.25. ч.1. с.101.

Насчет роста интенсивности в среднем в вековом масштабе данных под рукой нет. ПрТ в домонополистический период (за 50 лет до 1900) выросла на 25 проц, за 60 лет монополистического кап-зма -на 225 проц
Был такой немец Кучинский,он книги на тему истории труда в капиталистической Европе писАл. У нас- Осип Ерманский (по НОТ,в 20х), когда внедряли советский тейлоризм. Было такое движение - НОТ по советски, ЦИТ(Центральный институт труда),главный - А.Гастев. Тогда это было хитом сезона. Книги Ерманского 23года и Гастева по НОТ(концептуальные , в том числе в отношении ПрТ и интенсивности, и очень информативны в части "рабочей машины тела человека")


Щеглов
Интенсивность труда - это вам не хухры-мухры, а краеугольный камень трудовой теории стоимости. Поэтому читаем следущие размышления :)

(Рассуждение пятнадцатое -1)
Ну вот, а теперь мы подошли к самому темному и противоречивому месту «Капитала». Нет, речь не идет о «великом противоречии» между 1 и 3 томом; с ним мы легко разберемся в надлежащем месте. Я говорю о куда более фундаментальной проблеме, так и не получившей в «Капитале» недвусмысленного решения: о проблеме ИНТЕНСИВНОСТИ труда.

Прежде всего, попробую объяснить, в чем собственно заключается ПРОБЛЕМА. С точки зрения формальной модели, которой я пользовался во всех последних рассуждениях, труд есть особый РЕЖИМ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ рабочей силы, создающий СТОИМОСТЬ. Рабочая сила может функционировать и в другом режиме, режиме не-труда -в этом случае никакой стоимости НЕ СОЗДАЕТСЯ. Таким образом, определить труд в рамках данной модели - значит задать СПОСОБ РАЗЛИЧЕНИЯ «рабочего» и «свободного» режима функционирования рабочей силы. От этого способа различения будет зависеть, какой продукт человеческой деятельности можно, а какой нельзя считать имеющим стоимость.

До сих пор я придерживался следующего понимания труда: труд есть ВРЕМЯ, в течение которого рабочая сила функционирует в рамках ТОВАРНОГО производства. То есть любая деятельность, направленная на создание продукта с целью ОБМЕНА, есть труд, и любая же деятельность, не имеющая целью этот ОБМЕН, есть не-труд. Обратите внимание: отличие труда от не-труда заключается не в самом «материальном», чувственно-воспринимаемом процессе «колочения по клавишам» или «копания земли», а в ЦЕЛИ этого процесса, причем в цели объективной (вовлеченности данной деятельности в процесс общественного производства), а не вовсе не в той ее превращенной форме, которой руководствуется единичный работник!
Данное (назовем его «товарным» по способу различения трудовой и не-трудовой деятельности) определение позволяет количественно и весьма ТОЧНО оценить общий объем стоимости, которая может быть создана в рамках любого общества (будь то готтентоты или марсиане): численность населения, помноженная на расчетный период времени. Столько-то человеко-лет, не больше и не меньше (напомню в очередной раз, что речь идет о стоимости, а не о потребительной стоимости; одна и та же стоимость может выражаться и в трех корочках хлеба на человека в день, и в десятке биг-маков).

Однако такое («товарное») понимание труда никоим образом не является общепринятым! Начиная уже с самого Маркса, определявшего труд как «расходование человеческой рабочей силы» и, более конкретно, - как «расходование человеческого мозга, мускулов, нервов, рук...», «труд» стал рассматривается как расходование не времени, а ЧЕГО-ТО ДРУГОГО.
(Я думаю, что эта тенденция возникла в связи с канонизацией Маркса как социального философа, в результате чего его теория изучалась и развивалась философами, антропологами -но НЕ ЭКОНОМИСТАМИ; в результате понятие -труд - сформулированное Марксом применительно к ТОВАРНОМУ ПРОИЗВОДСТВУ, было обобщено на ВСЮ человеческую деятельность, а в некоторых случаях -пресловутые «инстинктивные виды труда» - даже и на поведение животных:

«...до возникновения общества прошли сотни тысяч лет, в течение которых доисторический предок человека трудился, но труд его еще носил животнообразный характер» (Б.Ф.Поршнев «О начале человеческой истории»).

Сам же Маркс -по крайней мере, в период написания «Немецкой идеологии» - понимал труд совершенно конкретно: как НЕСВОБОДНУЮ деятельность, почему и писал прямо: «Коммунистическая революция... устраняет труд»).

Приведу несколько характерных для такой «расширительной» трактовки «труда» высказываний:

«Подолинский показал, что труд есть деятельность, которая связана с регулированием потоков энергии. Некоторые виды труда исключительно эффективны в вовлечении энергии Солнца в хозяйство, другие - в ее сохранение и переработку, так что в совокупности человечество может обеспечить поток отрицательной энтропии, достаточный для устойчивого развития. Но для этого трудовая теория стоимости должна быть дополнена энергетическим балансом - политэкономия должна была соединиться с физикой». (С.Г.Кара-Мурза, «Экологическая экономика»)

«... мерой труда предлагается считать его продолжительность, рабочее время: час, день... Ясно, что эта мера крайне неопределенна, поскольку не включает интенсивность труда, которую невозможно охарактеризовать, особенно в случаях использования техники, не применяя энергетические показатели, а именно: сколько килокалорий, джоулей или ватт затрачено на производство продукции». (А.В.Поздняков «Стратегия российских реформ»)

«...информация и есть тот уникальный, теоретически верно вычисленный Марксом, но ошибочно отождествленный с рабочей силой товар, который «способен увеличивать стоимость в процессе его потребления»: овеществления, воплощения» (В.Вильчек, «Прощание с Марксом»)

Вы чувствуете разницу? Труд, понимаемый как просто как рабочее (не-свободное) время, и труд, имеющий ИНТЕНСИВНОСТЬ, способный быть «более трудом» и «менее трудом» в зависимости от перенесенной на товар энергии или информации -это ведь совершенно РАЗНЫЕ понятия! Причем на уровне обыденного (не теоретического) сознания второй -энерго-информационный -подход представляется совершенно ОЧЕВИДНЫМ: ведь интуитивно ясно, что «хороший работник создает больше стоимости, чем плохой»!
Так чем же прикажете ИЗМЕРЯТЬ стоимость?! Неужели набившим оскомину «рабочим временем», как делает Маркс в первом томе «Капитала» (правда, постоянно пересчитывая его в шиллинги по курсу затрат времени на добычу золота)? Или же можно сделать большой шаг вперед и начать наконец измерять стоимость ПРАВИЛЬНО -то есть затратами энергии или информации?!

Как видите, вопрос о том, что такое ИНТЕНСИВНОСТЬ труда, фактически является вопросом о ЕДИНИЦЕ ИЗМЕРЕНИЯ СТОИМОСТИ (традиционно прошу не путать с ценой -та в рублях измеряется, тут разногласий нету).

(Рассуждение пятнадцатое -2)
Попробуем разобраться, как же сам Маркс в «Капитале» понимал ИНТЕНСИВНОСТЬ труда. Как уже не раз отмечалось в предыдущих рассуждениях, до 13 главы «Капитала» (оставаясь в рамках формальной модели) Маркс рассматривает труд как СРЕДНИЙ, «с обычной степенью интенсивности». Рассмотрение интенсивности труда начинается только в связи с анализом машинного производства:

«Само собой разумеется [ ох уж эта манера! все у него « очевидно» да «само собой разумеется» - С.Щ.], что по мере развития машин и накоплении опыта среди собственно машинных рабочих естественно увеличивается скорость, а потому и интенсивность труда».

Маркс произнес ключевое слово: СКОРОСТЬ. Если стоимость создается затратами ВРЕМЕНИ, то говорить о скорости невозможно (за один час проходит ровно один час, и всегда будет проходить только один час); следовательно, труд есть НЕЧТО ИНОЕ, чем время. Вот так новость для приверженца «формальной модели»! Уж не пора ли мне посыпать голову пеплом?! Тем более что в том же абзаце Маркс дополнительно подчеркивает:

«...рабочий благодаря повышению производительной силы труда получает возможность произвести больше при прежней затрате труда в течение прежнего времени»

«Затрата труда в течение времени» - что это, если не СКОРОСТЬ труда?! Что это, как не «трудоединицы в час», священный Грааль «марксистской» политэкономии?! Маркс же прямым текстом пишет:

«Более интенсивный час десятичасового рабочего дня содержит теперь столько же или больше труда... чем более пористый час двенадцатичасового рабочего дня»

Что это за слово такое -«пористый»?! Какое отношение оно имеет к СКОРОСТИ? Ведь не называем же мы пешехода более «пористым», когда он отстает от автомобиля?! Что это -метафора или намек на ДРУГУЮ трактовку понятия «интенсивности»?
Читаем дальше:

«... в том, чтобы рабочий действительно расходовал больше рабочей силы, об этом заботится капитал посредством метода оплаты».

Интересно: оказывается, у рабочих, «продавшего свою шкуру» капиталу, есть возможность ВЫБИРАТЬ, сколько рабочей силы расходовать! Как это, интересно знать, им удается, когда:

«надсмотрщики... наблюдают за тем, чтобы рабочие не теряли ни минуты времени», и «степень бдительности и внимательности рабочих едва ли может быть повышена»?!

А вот так - МОЖЕТ, и все . Эмпирический факт:

«Г-н Р. Гарднер ввел с 20 апреля 1844 года на двух своих больших фабриках в Престоне 11-часовой рабочий день вместо 12-часового. По истечении приблизительно года обнаружился тот результат, что
«... при прежних издержках было получено прежнее количество продукта, и... в целом рабочие за 11 часов зарабатывали ровно столько же, сколько раньше за 12 часов».

Интересное кино, не правда ли?! Надсмотрщики, выжимающие из рабочих последние соки, не в силах прибавить и 1% к выработке -а стоит сократить рабочий день на 9%, как выясняется, что сами рабочие в тех же самых условиях (Гарднер ведь только рабочий день менял, о применении новых машин не сказано ни слова!) легко прибавляют те же самые 9%!
Что же это за величина такая, интенсивность труда, что сам рабочий контролирует ее с точностью до процента, а вот надсмотрщик, сколько бы он ни пялил глаза, не способен разглядеть ее и с вдесятеро меньшей точностью?! Скорость движения рук или ног? Литры выступившего пота? Количество потраченных калорий?! Частота пульса?
Вы что же, всерьез полагаете, что английский рабочий 19 века ИЗМЕРЯЛ эти показатели?

(Рассуждение пятнадцатое -3)
Но как же тогда рабочий определяет (а что он определяет, с очевидностью следует из выработки, которая, как оказалось, ничуть не зависит от продолжительности рабочего дня!) РАСХОД своего «труда»?! Без секундомера, калориметра и нормировщика, самостоятельно, с точностью до 1% (попробуйте-ка вручную определить вес или размер с такой точностью)?!

(Признаюсь, что вопрос этот чисто риторический: рабочему и в голову не придет измерять сам ТРУД -он попросту считает ПРОДУКЦИЮ, переводит ее в зарплату и, заработав нужные деньги, попросту позволяет себе расслабиться; однако это ведь МОЯ точка зрения, а мы тут Маркса читаем!).

Вот как отвечает на этот вопрос сам Маркс, цитируя Lord Ashley:

«Труд, заключающийся в том, чтобы в течение 12 часов следовать за двумя мюль-машинами, составлял, при прядении пряжи N 40, в 1815 году 8 миль ходьбы... В 1832 году дистанция... составляла 20 миль...».

Слава Лорду Эшли! Найдена неуловимая субстанция стоимости -она заключается в МИЛЯХ ХОДЬБЫ!
Смешно? Думаю, что далеко не всем -потому как от измерения стоимости в милях ходьбы один только шаг до измерения ее в джоулях и тонно-километрах. Сторонники «энергетической» модели стоимости могут смело записывать Маркса в свои предшественники: он цитирует лорда Эшли совершенно серьезно, откладывая в сторону свой обычный для комментирования «буржуазных авторов» язвительный стиль. В 13 главе «Капитала» Маркс и В САМОМ ДЕЛЕ считает, что 20 миль ходьбы создают в 2,5 раза БОЛЬШУЮ стоимость, чем 8 миль. Или, по крайней мере, удачно ДЕЛАЕТ ВИД, что так считает:

«Не подлежит никакому сомнению, что, когда законом у капитала раз навсегда отнята возможность удлинения рабочего дня, его тенденция компенсировать себя за это систематическим повышением степени интенсивности труда и превращать всякое усовершенствование машин в средство усиленного высасывания рабочей силы скоро должна снова привести к тому поворотному пункту, где становится неизбежным новое сокращение рабочего дня».

Ну что ж, Маркс подтвердил свою репутацию «революционера», горой стоящего за эксплуатируемых рабочих. Правда, для этого ему пришлось:
1) сравнивать выработку 1815 и 1832 годов в натуральных, а не в стоимостных показателях (большее КОЛИЧЕСТВО пряжи = больше затрат труда; а ведь у Гарднера получались одни и те же ИЗДЕРЖКИ -следовательно, и стоимости были сопоставимы!);
2) отбросить «экономический детерминизм» и признать, что основным стимулом для внедрения машин стал... ЗАКОН, а вовсе не экономическая целесообразность;
3) пойти на заведомо ошибочный прогноз, предсказав постоянное сокращение рабочего дня по мере развития машинного производства -между тем как 8-часовой рабочий день, пришедший на смену 10-часовому, благополучно просуществовал до наших дней.



(Рассуждение пятнадцатое -4)
Мы видим, что анализ «интенсивности» труда у Маркса абсолютно НЕ СВЯЗАН с его экономический моделью и подчинен цели обоснования ЭКСПЛУАТАЦИИ рабочего класса. В рамках теории эксплуатации вполне логично измерять труд теми его характеристиками, которые УВЕЛИЧИВАЮТСЯ по мере усовершенствования машин, и пренебрегать другими, которые могут уменьшаться. На фоне историй вроде машины Эверета, которую «сожгли 100000 человек, оставшиеся без работы» (это цитата из «Капитала») подобная пропаганда звучит вполне актуально. Так и хочется воскликнуть:где перестает справляться надсмотрщик, капиталист ставит машину!
Но какое отношение вся эта пропаганда имеет к ТЕОРИИ СТОИМОСТИ?! Пожалуй, только иллюстративное: как только мы начинаем рассуждать об ИНТЕНСИВНОСТИ труда, измерять его чем-то иным, чем само ВРЕМЯ, перед нами открывается необъятный простор для всевозможных спекуляций (вроде прогноза о все увеличивающемся «высасывании соков» из рабочих). Само по себе это наблюдение еще не есть аргумент ПРОТИВ «энергетического» подхода; мы видим, что Маркс может быть отнесен скорее к «энергетикам», нежели к «временщикам» (позволю себе это название для сторонников «временнОй» теории стоимости). И все же было бы ошибкой пройти мимо ДРУГОЙ возможной интерпретации понятия «интенсивности» труда, заключающейся в характерной оговорке Маркса. Я имею в виду его фразу о «пористом часе».

Зададимся простым вопросом: каждое ли мгновение РАБОЧЕГО времени мы заняты собственно РАБОТОЙ? Разве не представляет собой любой реальный труд ЧЕРЕДОВАНИЕ трудовых операций и периодов краткого отдыха между ними? Выполнение трудовых операций требует СОЗНАТЕЛЬНОГО УСИЛИЯ, между тем ничегонеделание в паузах успешно получается само собой. Так можно ли говорить о том, что ВСЕ рабочее время представляет собой ТРУД? Не правильнее ли ввести понятие «интенсивности» труда как ДОЛИ рабочего времени, занятого выполнением собственно ТРУДОВЫХ операций?!
(На самом деле все это уже проделал задолго до нас небезызвестный Тейлор, запросто увеличивавший «интенсивность» труда в несколько раз за счет его рациональной организации -то есть ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЯ пауз между рабочими операциями -;при этом нисколько не увеличивая субъективную усталость рабочего).
Такое понимание интенсивности труда открывает возможность ее ОДИНАКОВОГО измерения в самых разных областях человеческой деятельности -от рытья траншей до сочинения стихов. В то же время попытки свести «труд» к «расходованию мускульной энергии» или иных ЧАСТНЫХ аспектов человеческой деятельности (а человек в своей деятельности способен расходовать все что угодно, уж в этом-то сомнений ни у кого не осталось) неизбежно приводит к появлению таких видов труда, которые вроде как «трудом» и не являются (тех же никакой энергии не затрагивающих писателей -сиди да колоти по клавишам, тоже мне работа).
На мой взгляд, для себя Маркс понимал труд именно так (отсюда и оговорка про «пористость», прорвавшаяся даже в откровенно пропагандистской главе) -но ведь НЕ ВСЕ, ЧТО ТЫ ПОНИМАЕШЬ, СТОИТ ГОВОРИТЬ ВСЛУХ. Пытаться убеждать потенциальных союзников, что труд рабочих у станков и бухгалтеров за конторкой суть ОДИН И ТОТ ЖЕ ТРУД -такой глупости вождь мирового пролетариата себе никак не мог позволить.


Сашо Болгар

Об интенсивности и производительности труда:
По моему исследование роли и сущности ИТ и ПТ исключительно важно.
Потому что при увеличение доли сферы услуг в совр. экономике логично допустить , что (с небольшими иcключениями) в сфере услуг уменьшается как ИТ, так и ПТ в силу самой сущности услуг - перерыв в использовании рабочей силы "до следующего клиента", одноразовость и неповторяемость большинства услуг (ну, вероятно кроме типа "Макдоналдс"). А тогда какой рост (реальный) того,чего хотелось - ВВП, производительности труда, ....

Кто-то скажет - а тех. прогресс? А именно в самой сфере услуг роль техпрогреса заметно ниже. Где техпрогрес у адвоката, проститутки?
У врача, конечно есть, или парикмахера, но в связи с неполным использования раб. времени разница небольшая. Или пример сборщика компютеров на заказ (ассемблятора): Высокая доля ручного труда (и полная бессмысленость ее уменьшения), большие перерывы между сборки компютеров и т.д. Аналогично практически везде - больше ждем работу, чем работаем.


А.Серегин
Щеглову
==========

Пытаться убеждать потенциальных союзников, что труд рабочих у станков и бухгалтеров за конторкой суть ОДИН И ТОТ ЖЕ ТРУД -такой глупости вождь мирового пролетариата себе никак не мог позволить

Нет никакого противоречия с "временнОй" теорией стоимости, поскольку при обмене товары обмениваются исходя из общественно необходимых затрат, которые изменяются со временем. Эксплуатация выводится из разделения рабочего времени на необходимое и добавочное. Увеличение интенсивности - это один из способов увеличить добавочное время. Но для капиталиста проще увеличивать рабочее время, поэтому исторически сначала было раздуто рабочее время, поэтому его и стали фиксировать законодательно - иначе бы вся система пошла вразнос, а она реально шла вразнос - товары производились но рабочему було недосуг их употреблять - кроме завтрака и ужина у него не было свободного времени. Когда зафиксировали рабочее время капиталистам ничего другого не осталось как только увеличивать интенсивность труда.


А.Серегин
Сашо Болгару
===========

Аналогично практически везде - больше ждем работу, чем работаем

Все верно! Но зарплату получают такую же, как и на сборочном конвейере. Такого же порядка. Потому что зарплата определяется стоимостью рабочей силы, а не интенсивностью труда. То есть интенсивностью труда тоже определяется, но через редукцию интенсивного труда к обычному. И эта редукция связана со стоимостью рабочей силы, а никак не с развиваемой физической энергией, мощностью. Труд не есть процесс пердения и потения.

Щеглов Сергей Игоревич

Сашо Болгару

>Потому что при увеличении доли сферы услуг в совр. экономике логично допустить (у меня есть емпирические наблюдения "с реальной жизни", но вероятно есть и статистика), что (с небольшими исключениями) в сфере услуг уменьшается как ИТ, так и ПТ в силу самой сущности услуг

Позитивную программу К-II я бы выразил в точности по Марксу: УНИЧТОЖЕНИЕ ТРУДА. В связи с этим глубокие исследования производительности и интенсивности труда имеют примерно тот же смысл, что и деятельность Штирлица в тылу врага :)

Что же касается "сущности услуг", то обсуждать этот вопрос пока еще рано - поскольку не решен вопрос о том, к какой сфере общественного воспроизводства эти услуги относятся: к производству "средств воспроизводства" или к производству "роскоши"? В рамках двухотраслевой марксовой модели "первого контура" (где отсутствуют предметы роскоши и отрасли, их производящие) услуги (например, услуги надсмотрщика и управляющего) есть точно такой же ОБЩЕСТВЕННЫЙ ТРУД, как и работа непосредственно рабочих. И их производительность и интенсивность растет, можете быть спокойны.

Так что будем двигаться дальше - к многоотраслевым моделям.

Версия для печати [Версия для печати]




Copyright (c) Альманах "Восток"

Главная страница